Фантом инвестиционной привлекательности

Разбираем понятие "инвестиционной привлекательности"

Ну если уж вопросы инвестиционнойпривлекательности вошли в повестку дня, а соответствующие понятия – в дискурс,неизменно порождаемый главным столичным златоустом, то и остальнымотмалчиваться грех. 

Асобственно никто и не отмалчивается, даже наоборот. «Инвестиционнаяпривлекательность» вновь начертана на знаменах, как власть предержащих, так ивременно им оппозиционирующих, а также их (часто общих) бигбордах.  Вновь этим словам придается смысл некоторогобесспорного идеала, высшего критерия, к которому нужно повсеместно стремиться,сверять с которым свои мысли и поступки. Каждое посягательство на который-  тяжкий грех.  

Вновь – потому что не первый развидим мы и слышим все это. Каждый, «попередний» украинский режим боролся за инвестиционнуюпривлекательность, и можно смело утверждать, что последующие тоже никуда отэтой борьбы не денутся.  

По своим подходам борьба этасильно напоминает разворачивавшуюся каждый сезон на просторах СССР «битву заурожай». Да и по последствиям тоже. Если тогда урожай в значительной своейчасти становился жертвой этой битвы, и вся страна стояла в продуктовыхочередях, то последствия нынешней борьбы за «инвестпривлекательность» пожалуй,не менее эффективна. Можно предположить, что и тогда и сейчас отвечали за этипроцессы все те же люди.

Критично настроенные наблюдателизаметили, что борьба за «инвестиционную привлекательность» разгорается вУкраине после получения правительством очередных крупных займов и очередного значительноговозрастания внешнего долга. А следующим за ней этапом является попытка извлечьу населения  его сбережения, которые поразным оценкам составляют от 100 до 200 млрд. долларов.  После чего, как утверждают все те женаблюдатели, очередная или внеочередная власть заканчивает свое существование.

Заковыка состоит в том, чтоединого понимания, что же такое «инвестиционная привлекательность» - нет. Она,как и правда, у каждого своя. Есть, конечно, какие то академическиеопределения и даже методики расчетов, но когда это украинская реальностьпомещалась  в узкие рамки теории.  

Один итот же объект инвестирования может быть в разной степени привлекательным дляразных инвесторов. Быть интересным спекулянту и неинтересным институционалу. Вкусыинвесторов внутренних и иностранных также сильно отличаются, случается. Иностранныетребуют понятных и прозрачных процедур, гарантий защиты своих прав, возможностивывоза доходов и даже (наивные) репатриации своих инвестиций. Крупный внутреннийинвестор не столь романтичен, привык к перманентному, без всяких комплексов иправил идущему переделу собственности, и не любит публичности и открытости. 

Видимо поэтому, премьер  обещает допускать  к приватизации только иностранцев и не допускать украинский капитал. Хотя как это будет сделано, если более 60% украинского капитала находится "в тени",  в большинстве случаев в иностранных банках, на счетах иностранных компаний с иностранными конечными собственниками - довольно интересный вопрос. 

Да и с "настоящими" иностранными инвесторами невсе так однозначно. Среди них ведь можно встретить и представителей страны –агрессора, глубоко укоренившихся даже в инвестиционную инфраструктуру украинскогогосударства, и для которых «инвестиционная привлекательность» может вполнеозначать возможность причинения максимального ущерба. Так что правительствуприходится придумывать фильтрационные меры, для недопущения таковых. Впрочем,профессиональное сообщество довольно критично настроено к эффективности такихмер. Что уж говорить о препятствиях для  потенциального вторжения, если не удаетсяизбавиться от уже присутствующего захватчика. 

Можно вспомнить и содержаниесамого понятия «инвестиции», которые, как правило, осуществляются сцелью получения прибыли, что в случае с иностранными инвесторами означает выведениеденег (причем в валюте) из экономики государства.

Что касается методов повышения «инвестиционнойпривлекательности», то и тут нет единства даже среди государственных учреждений,за этот показатель отвечающих. Вот Минэкономики всячески пытается заманитьдостойных иностранных инвесторов полакомиться остатками приватизационного стола,снимает для них стильные ролики, а другие органы  в то же время пытаются этих инвесторовнапугать, мы разбирали этот вопрос. Причем, как ни странно, и та идругая деятельность направлены на повышение «инвестиционной привлекательности»! Просто для разных инвесторов.

Таким образом, «инвестиционнаяпривлекательность» в теперешней украинской трактовке не является каким-тоцелостным понятием, чем-то таким, чем можно пользоваться в практической деятельности,ориентиром для построения экономической политики,  а скорее набором противоречий и иллюзий,  на которые никто не желает обращать внимания,фантомом.  

Фантомом, за которым нет никакой реальнойработы над повышением инвестиционного потенциала страны, нет восстановления иразвития инвестиционной инфраструктуры, нет создания условий для работы инвестиционныхинтерфейсов. Есть популизм и очередная попытка отпиарить и распродать  то что можно и что нельзя, заткнуть самыезаметные дыры. Есть борьба с ветряными мельницами на финансовом рынке иуничтожение доверия населения.

Что же касается обозначенногосотрудничества киевской власти именно с китайскими побратимами, то какое-товремя назад мы разбирали и этот вопрос, на примере Крыма. Что с тех порпроизошло в Крыму общеизвестно. При этом есть специалисты, которые утверждают,что подобное (нарушения государственной и территориальной целостности,политические кризисы и пр.) очень часто сопровождают  приход прогосударственного китайскогокапитала. Это стоит иметь в виду, прежде чем...