Украинцев посадили на инсулин субсидий

В бюджете Украины на 2018 год заложено 71 млрд. гривен на субсидии и льготы по оплате за коммуналку и еще 2,7 млрд. на закупку твердого топлива. Это 8% от размера всего государственного бюджета (913 млрд.). Это не удивительно, потому что получателями субси

В бюджете Украины на 2018 год заложено 71 млрд. гривен на субсидии и льготы по оплате за коммуналку и еще 2,7 млрд. на закупку твердого топлива. Это 8% от размера всего государственного бюджета (913 млрд.). Это не удивительно, потому что получателями субсидий в прошлом году стали около 7 млн. домохозяйств, то есть практически каждая вторая семья.

Безусловно, субсидии не являются изобретением украинских чиновников, но небывалый размах и охват ими населения поражают. Чем же отличаются теперешние субсидии от субвенций, которые раньше получали предприятия-поставщики жилищно-коммунальных услуг?

До 2014 года было не принято повышать тарифы так часто и беззаботно, как сейчас. Это был такой негласный договор между властью и избирателями: мы вам низкие тарифы, вы за нас голосуйте. Поэтому тарифы поднимались только в первый год после выборов, и никогда – перед. Но поскольку математика – наука упрямая, и чтобы предприятия ЖКХ могли как-то существовать, законодательно было предусмотрено, что, если орган, утверждающий тарифы, устанавливает их на уровне ниже экономически обоснованного (не покрывает себестоимости), то государство компенсирует разницу в тарифах. Разумеется, за счет налогоплательщика.

Однако новые экономические реалии в виде взятых у МВФ кредитов и сами международные доноры потребовали приведения тарифов к экономически обоснованному уровню. Риторика властей тоже поменялась: одним из аргументов за повышение стал довод, что богатые и обеспеченные могут себе позволить платить полную стоимость. Сместились акценты у государственной политики: вместо субвенций основной упор стал делаться адресно на субсидии тем семьям, чьи коммунальные платежи превышают в среднем 15% ежемесячного совокупного дохода.

Именно субсидии позволили случиться формуле «Роттердам+», вызвали резкий скачок тарифов, которые по факту превратили в бедняков половину населения страны.

Богатых и обеспеченных в стране становится все меньше, остатки среднего класса «доедают» правоохранительные органы, налоговый прессинг и общая разруха в экономике. Безработицу скрывает только чудовищный уровень трудовой миграции украинцев. Прогнозы таковы, что следующий виток повышения тарифов повлечет за собой распространение субсидий на 90% украинцев.

Справедливости ради стоит упомянуть, что такие модели компенсации тарифов за счет бюджета в мире существуют. Есть страны с бесплатными коммунальными услугами, например, Туркменистан. Однако хочется процитировать известный анекдот: «вы или крестик снимите, или трусы наденьте». Ведь главной, но не единственной причиной резкого повышения цен на коммуналку, в первую очередь за газ и отопление, является использование формул «Роттердам+» и других европейских хабов при ценообразовании на энергоносители, а также галопирующая инфляция.

Давайте рассмотрим исключительно экономические краткосрочные и долгосрочные последствия для всех участников процесса, чтобы понять, кому выгодна такая система.

У получателей субсидий отсутствует стимул для экономии. Они могут себе позволить включать кран/вентиль/выключатель на полную мощность. «Монетизацию» по 700 гривен на руки в расчет не берем.

Механизм начисления субсидий еще далек от совершенства, их расчет ведется по социальным нормам. Много случаев, когда семья «напользовала» услуг на сумму значительно меньшую, чем получили компенсаций поставщики услуг.

Монетизация субсидий для предприятий из-за недалеких решений чиновников провалилась прямо в зародыше, в очередной раз парализовав ЖКХ. По логике Минфина, использование полученных субсидий должно быть ограничено только оплатой за энергоносители, налоги, зарплаты. Никаких ремонтов, даже расходные материалы закупить невозможно. В «богатых» городах, где субсидии не превышают 30% выручки предприятий, это приемлемо. А в депрессивных регионах, где на субсидиях сидят до 70% населения, – это полный паралич.

Поставщики услуг ЖКХ также не выигрывают от субсидий. Дело в том, что их выплат, как в свое время компенсации разницы в тарифах, ждут долго, от нескольких месяцев до года. Задержки по оплате от государства создают цепочку должников. В результате одна задолженность накрывает другую, возникают штрафы, пени, инфляция, и как результат – миллиарды долгов практически без источника покрытия.

Возможно, государство является основным бенефициаром этой системы? Частично да, ведь в цене украинского газа заложены рента и налоги: в госбюджете на 2018 год запланировано поступлений от рентной платы за добычу газа и платы за использование других природных ресурсов суммарно на 46,5 млрд. гривен.

То есть, государство обеспечило круговорот денег, получая в качестве налогов и ренты поступления в бюджет, которые ложатся непомерным грузом на население и экономику страны, и чтобы эта пирамида не завалилась, власти субсидируют половину населения.

Бег по кругу. Субсидии – это даже не наркотик, с них не спрыгнешь. Это инсулин для украинских семей. Никто не имеет права осуждать человека за то, что он пытается выжить, сознательно работая за минимальную зарплату, балансируя на субсидиях. Но это приговор для экономики. К сожалению, ЖКХ всегда оставалось на задворках внимания власти. Кроме, пожалуй, энергетики и газа. Однако если не позаботиться о нем сейчас, проблемы могут накрыть политиков в самый неподходящий момент избирательной кампании.