Кейс № 8: Дело "Bruno Lachaux vs Independent Print Limited, Evening Standard Limited и AOL (UK) Limited".
На этой неделе предлагаю к прочтению анализ одного из судебных разбирательств, в процессе которого возникло правило о способе доказывания вреда, причиненного деловой репутации в связи распространением недостоверной информации.
Брюно Лашо - французский аэрокосмический инженер, некоторое время проживал в ОАЭ с женой британского происхождения и совместным ребенком. Через какое-то время г-н Лашо достаточно громко развелся с женой, что повлекло за собой скандалы и интриги со стороны бывшей жены, что вышло на всеобщее обозрение через ряд британских СМИ.
Так, супруга публично обвинила Брюно в том, что он угрожал отобрать у нее ребенка, сознательно использовав законы шариата в споре о разводе, для того, чтобы на законодательном уровне установить приоритет отцовских интересов. Кроме этого, бывшая жена утверждала, что вынуждена была бежать из Дубая, из-за угроз и шантажа от г-на Лашо.
В Европе «благоверная» Брюно Лашо устроила медийный марафон, и с большим желанием давала интервью и участвовала в передачах, где плакала, жаловалась на чудовищного мужа-тирана.
Первая публикация была сделана в газете The Huffington Post. Основой для нее послужила статья из интернет-блога, которая была размещена в интернете одним из гуманитарных активистов в качестве примера ужасов, которые ожидают европейских женщин в странах, где правит шариат.
После этого последовал ряд аналогичных статей на тему громкого скандала, в том числе, в изданиях The Independent и The Evening Standard.
Брюно Лашо подал иск против ряда СМИ в Великобритании о защите чести и достоинства, требуя как признать информацию недостоверной, так и взыскать с изданий моральный вред, причиненный его деловой репутации диффамацией в отношении него.
Решение Суда первой инстанции
Высокий суд Англии и Уэльса в июле 2015 года рассмотрел дело по иску Брюно Лашо, в процессе которого выяснялся вопрос доказывания непосредственного причинения вреда деловой репутации .
Истец настаивал на том, что эти публикации привели к фактическому уничтожению деловой репутации и честного имени Брюно Лашо. Ответчики же утверждали, что истец не доказал прямую причинно-следственную связь между конкретно этими публикациями и ущербом деловой репутации.
Журналисты утверждали, что в интернете массово распространились изложенные факты рядом других известных и неизвестных изданий, и точно установить, какая же конкретно публикация причинила вред и с чьими конкретно действиями прослеживается причинно-следственная связь с ущербом имиджу истца.
Суд первой инстанции отклонил доводы ответчиков, и признал необходимым защитить права оболганного Лашо, Суд указал, что оспариваемые статьи носили столь вызывающе лживый характер и были настолько массовыми, что повлекли за собой чуть ли не общенациональное обсуждение проблемы притеснения женщин в исламском мире. Суд первой инстанции использовал все ранее принятые прецеденты, и напомнил, что вред репутации - это вред отношениям человека с окружающими его людьми. В свою очередь, суд сказал, что факт причинения ущерба является несомненным.
Решение апелляционного суда
В ноябре 2016 года это дело было заслушано судом апелляционной инстанции.
Апелляционный суд тщательно рассмотрел дело, поддержал решение суда первой инстанции и указал следующее.
Во-первых, апелляция указала, что есть две формы репутации лица : личная (частная), как семьянина, мужа и отца и вторая – профессиональная – в области его трудовой деятельности. Суд указал, что в результате распространения о Брюно клеветнических сведений пострадала вся его репутация в комплексе.
Далее суд апелляционной инстанции решал проблему о том, является ли такой ущерб деловой репутации основанием для определения меры ответственности ответчиков за причинение вреда?
Апелляция отклонила доводы изданий о том, что распространение было массовым, указав, что в случае со средствами массовой информации общенационального масштаба даже одна публикация в одной газете может считаться причиной серьезного вреда репутации.
Во-вторых, суд апелляционной инстанции не согласился с доводами ответчиком о том, что причинить вред репутации можно только в глазах и во мнении тех лиц, которые лично знают истца. Причинение вреда репутации не связано с фактом личного знакомства читателей клеветнической информации с оклеветанным лицом. Истец не обязан доказывать, что клевета в его отношении изменила к нему отношение тех лиц, которые с ним лично знакомы.
В-третьих, апелляционный суд рассмотрел достаточно интересный аргумент, так называемый «аргумент молчания». Суд апелляционной инстанции исследовал вопрос того, считается ли отсутствие каких-либо активных реакций на клевету со стороны знакомых и коллег подтверждением наличия прямого изменения в отношении к лицу.
Суд не согласился с этим аргументом, указав, что отсутствие реакции друзей и знакомых не может считаться свидетельством непричинения вреда репутации человеку, поскольку никто не обязан публично высказывать свое личное мнение, изменившееся в худшую сторону, и это вовсе не означает, что отношение к Брюно осталось таким же положительным.
***Резюме***
В этом деле интересно то, что истец не подавал каких-то доказательств того, в чем именно проявилось причинение ущерба его репутации : с ним не отказались сотрудничать, не отказали в повышении, не было проблем с выплатой заработной платы. Но недоказанность конкретного существенного вреда репутации не повредила защите его прав и не помешала выиграть дело.
Суды в этом деле присудили победу г-ну Лашо не потому, что он доказал реальное причинение вреда, а потому, что причинение вреда с высокой долей вероятности МОГЛО БЫТЬ ПРИЧИНЕНО, и информационные издания не доказали обратного.
Кроме этого, рассматривая этот кейс, суды впервые обозначили два важных обстоятельства:
- причинение вреда репутации не обязательно должно происходить среди лично знакомых людей; репутация повреждается также вероятным ухудшением мнения об оклеветанном человеке со стороны незнакомых с ним лично людей;
- молчание со стороны друзей и коллег, родственников по поводу клеветы не свидетельствует в пользу непричинения вреда репутации.
Этот прецедент касается исключительно английского судопроизводства, и, увы, не может быть использован в украинском судебном разбирательстве. Тем не менее, юристам, которые занимаются диффамационной практикой, будет полезно знать о таком судебном кейсе, чтобы парировать похожие аргументы СМИ и укреплять свою правовую позицию дополнительными доводами.
