«Черная сотня» для таможни: Испугаются ли контрабандисты?

Заградотряды — это значит граница (пункты пропуска) больше не контролируется. И центральный офис (читай — ГФС) это осознает. Поможет ли новый орган побороть контрабанду?

Чернаясотня... Честно говоря, грустно... Во-первых, откровенно не самое лучшееназвание. Черносотенцы в Российской Империи — это были ультраправые радикалы,шовинисты и антисемиты. В Повстанческой армии Нестора Махно «Черная сотня» -это по сути контрразведка, которая тоже гуманными методами никогда неотличалась.

Во-вторых,смысловое наполнение. Заградотряды — это значит граница (пункты пропуска)больше не контролируется. И центральный офис (читай — ГФС) это осознает. Этозначит, что людям, которые там работают больше не доверяют, но никто не хочетразбираться с тем, что там происходит.

Вместотого, чтобы глубоко вникнуть в процессы и понять мотивацию сотрудников таможни,диспозицию основных участников, объявляется очередная охота на ведьм.

В-третьих,это все уже было! «Контрабанда-СТОП» в 2005-м году, которая превратилась в«Контрабанда — НОН-СТОП». Группы «Север», «Запад» и тому подобное.

Какихполномочий не хватает существующим органам для борьбы с коррупцией на границе?!Борьбой с «контрабандой» и коррупцией на таможне занимаются все, кому не лень,но никто толком!

Можетнужно назначить один орган, с которого и спрос будет? Да хотя бы новосозданноеНациональное антикоррупционное бюро. Вместо этого афишируется создание ещеодного органа с суперполномочиями. А, как известно, суперполномочия порождают суперкоррупцию.

О проблематике борьбы с контрабандой я писал не так давно.

Еслиговорить о борьбе с контрабандой в разрезе борьбы с коррупцией, то стоитотметить, что эффективная борьба с коррупцией, как ни крути, вписывается вчетыре основных постулата.

Оченькоротко:

Первый— уменьшение коррупционных возможностей. Это тот блок, которым так не хочетзаниматься ГФС. А после кадровых чисток этим заниматься уже и некому.

Необходимаревизия технологий таможенного контроля, автоматизация процессов и внедрениесоответствующих технических средств контроля.

Второй— создание системы мотивации для сотрудников таможни. Это тот блок, которымтакже не хочет заниматься ГФС.

Преждечем карать инспектора, спросите у него, а как он добирается до пункта пропуска?Может туда ходит ведомственный автобус, организованный руководством ГФС? Можеттам есть профсоюзная столовая? Форму наверно инспектору выдают регулярно?Служебный автомобиль заправлен бензином, а служебная собака накормлена? Впринтерах есть тонер и бумага?

Ужене говоря о том, что инспектора, наверно, живут хотя бы в общежитии.

Яникого не оправдываю, ни в коем случае! Но не ответив на эти вопросы,продолжать разговор далее бессмысленно.

Третий— после решения первых двух задач — жесткие и репрессивные меры в отношении коррупции.

Ив первую очередь, реформирование подразделения внутренней безопасности (ВБ) –оно должно заниматься именно безопасностью личного состава, недопущениемвтягивания таможенников в противоправную деятельность. А не поборами исобирательством сплетен, как, к сожалению, это происходит сейчас.

Насегодняшний день коррупционные риски специально внедрены в Автоматизированнуюсистему рисков. Она «улучшена» настолько, что сразу же выдает электронныесообщения с указанием номера мобильного телефона сотрудника УВБ «для связи».

Длябизнеса – ГФС ведь «сервисная служба». Поэтому сотрудник собственнойбезопасности идет навстречу бизнесу… для «сервиса», наверное, быстротытаможенного оформления. А если передумал сотрудник участвовать в досмотре – этоеще бОльший «сервис» для Вас.

Четвертый — внятная информационная политика. Покавсе метания по поводу борьбы по сути с таможней выглядят как расправа.Поскольку не создано четких критериев, по которым можно определить, чтоначальник таможни «не справился» или «запятнал себя». Или еще как-нибудь«скомпрометировал себя».

И да! Для глоров Черной сотни Польши. Вы думаете, что коррупция только по эту сторонуграницы?!!

Я бы не идеализировал ситуацию, учитывая объемынезаконных поставок тех же сигарет.

Вместо низкопоклонства, следовало бы встретиться совсеми руководителями таможенных ведомств смежных государств — членов ЕС ивыработать совместный план действий.