Какие мотивы вдохновляют депутата Журавского бороться с клеветой
«Закон о клевете», принятый в первом чтении Верховной Радой, наводит на грустные размышления. И дело не только в угрозах свободе слова и непреодолимых препятствиях журналистской деятельности.
В пояснительной записке к документу народный депутат и бывший заместитель скандального столичного градоначальника Леонида Черновецкого Виталий Журавский сокрушается о чести и достоинстве украинских граждан и откровенно сожалеет, что из Уголовного кодекса образца 1960 года изъята соответствующая норма: «Нередко клевета или оскорбление влекут за собой такие последствия, которые по нанесенному ущербу несравненно тяжелее, чем отдельные преступления, предусмотренные УК».
Господин Журавский «усилил» Уголовный кодекс двумя статьями, согласно которым клевета определяется как распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, а оскорблением считается унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме.
Кроме того, в проекте выделяется публичная клевета (в выступлении, демонстрируемая в произведениях или СМИ), совмещенная с обвинением лица в совершении тяжелого или особо тяжелого преступления, совершенная с использованием служебного положения. Если же клевета вызвала стойкое расстройство здоровья человека, то нарушителю грозит от 3 до 5 лет ограничения или лишения свободы. За остальные разновидности клеветников будут штрафовать на сумму, эквивалентную от 500 до 5000 необлагаемых налогом минимумов доходов граждан, назначать исправительные работы, садить под арест от 3 до 8 месяцев, а также лишать права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Оскорбление обойдется несколько «дешевле» - штрафом до 500 необлагаемых налогом минимумов доходов граждан и исправительными работами на срок до 6 месяцев.
Конечно, можно «повесить всех собак» на нынешнюю власть. Оппозиционно настроенные журналисты вычислили даже компьютер, на котором якобы был составлен документ, и утверждают, что его клавиатура явно находится на Банковой. Делайте, мол, вывод, господа - власть все больше склоняется в направлении тоталитаризма и пытается подогнать под свои замыслы законодательную базу.
Спорить не буду – резон в таких размышлениях есть. Но ради справедливости хочется припомнить аналогичный документ почти пятилетней давности. Тогда на Банковой восседали другие люди, а провластными назывались другие партии. В феврале 2008-го депутат-бютовец Антон Яценко уже предлагал документ, который местами кажется покруче Журавского. К примеру, предполагалось ввести уголовную ответственность за распространение «негативных сведений». При этом таковыми могли быть признаны даже данные официальных государственных органов, если они «порочат честь, достоинство или деловую репутацию лица».
В итоге выяснилось, что автор законопроекта просто таким образом намеревался защитить от обоснованной критики свое детище – нашумевшую коррупционными скандалами Тендерную палату. Появление документа совпало с волной исков против масс-медиа со стороны Тендерной палаты и родственных ей структур, с которыми в СМИ связывали членов семьи Яценко. Иски, как правило, заканчивались не в пользу чиновников, не хватало законодательной базы, вот и попытался народный депутат заполнить этот пробел в Уголовном кодексе.
Тогда не прошло, а сегодня попытка оказалась более успешной. Тем не менее, протащить документ через второе чтение и добиться его подписания Президентом вряд ли удастся: уж слишком много шума наделал проект Журавского, даже на Банковой он подвергся жесткой критике, что и побудило незадачливого законодателя отозвать уже проголосованный документ.
Что же касается мотивов автора законопроекта, то искать их долго не надо: должность киевского мэра вакантная, вот-вот начнется очередная избирательная кампания в столице, придется всуе вспомнить и «молодую команду Леонида Черновецкого», и его заместителей. Незаменимой фигурой в этом списке состоит и автор скандального законопроекта, журналист, кстати, по образованию, один из наиболее последовательных сподвижников Леонида Михайловича.
Что уж тут говорить, личные, а чаще корпоративные, интересы уже давно стали движителем национального законодательства.
