"Основное качество политтехнолога - это уверенность и смелость разговаривать с первыми лицами, предлагать услуги и брать на себя ответственность. Остальные, к сожалению, только хотят такими быть, страшно завидуют и критикуют в Facebook..."
В стране, в которой каждая вторая девочка - "модель и актриса", а каждый третий мальчик - "пиарщик и политолог" важно отделять зерна от плевел. Или, хотя бы делать вид, что знаешь, как их отделять. Я делаю вид, а Сергей Гайдай (на фото в тексте) знает. В общем, вот фрагмент недавнего разговора с известным специалистом в сфере политической рекламы, по техническим причинам не попавший в этот большой и красивый материал.
Я: У вас нет ощущения дискредитирования профессии? Сегодня каждый третий называет себя политологом, каждый пятый политтехнологом, о политике говорят все, часто безответственно, но прикрываясь званием "политтехнолог".
Гайдай: Могу дать профессиональный совет - если хотите стать политтехнологом, учиться нужно не политологии. Учиться следует маркетингу, рекламе, искусству написания текстов. Искусству нахождения и формулированию смыслов, работе с содержанием. Я бы посоветовал им также поработать в коммерческих рекламных структурах, посмотреть, как создаются продающие рекламные кампании.
Кстати, в США, например, предвыборные кампании ведут именно рекламные агентства. Потому что они лучше всего разбираются в психологии рядовых потребителей.
Я: В Украине существует рынок политтехнологов?
Гайдай: Конечно, он есть. Более того, если бы в Украине не было рынка политтехнологов, можно было бы говорить об отсутствии демократии в стране. Потому что политтехнологи не нужны там, где от избирателей ничего не зависит, где нет политической конкуренции. Если нет заказа на специалистов, умеющих выстроить диалог с избирателями - в стране диктатура. В Беларуси есть политтехнологи? Есть один, и его фамилия Лукашенко.
В Украине все специалисты, реально работающих в сфере политических технологий, консультации и рекламы, по моему мнению, делятся на три эшелона. Первый: не более 10-20 человек, чаще всего их знают, у них есть паблисити, их видно в СМИ. Второй эшелон: около 500 специалистов, имеющих опыт проведения разного рода избирательных кампаний. И третий: несколько тысяч рядовых специалистов - медийщиков, дизайнеров, копирайтеров, специалистов по уличным акциям, бригадиров полевых структур и т.п. Вот у меня в агентстве (Гайдай. com ), например, такие работают.
Я: Как попасть в первый эшелон?
Гайдай: Основное качество - это уверенность и смелость разговаривать с первыми лицами, предлагать услуги и брать на себя ответственность.
Остальные, к сожалению, только хотят такими быть, страшно завидуют и критикуют в Facebook . На самом деле я всем технологам второго и третьего эшелонов могу сказать - добро пожаловать в первую двадцатку, только вам надо прийти и взять перед инвестором ответственность за проведение кампании на себя. И тут понадобится не просто умные рассуждения. А и организационные способности. И умение убеждать, и стратегическое чутье вместе с искусством оперативного управления. И команда и инструменты реализации…
Я: Заказчик самоустраняется от ведения кампании, доверив ее политтехнологу?
Гайдай: Очень редко, потому что доверить другому человеку свои деньги и свое политическое будущее очень нелегко. Единоличное ведение кампании политтехнологом - это крайне редкие случаи. Для политтехнолога это высший пилотаж, не всем везет дорасти до такой ситуации и такого заказчика.
Мой личный счет - около 80 различных кампаний. Но вот ситуации полного управления около десятка. Мне везло эти кампании прошли стопроцентно под моим руководством, от идеи и реализации. Все действия были предопределены и выполнены моей командой. От разработки стратегии - до контроля финансов.
Я: Можете назвать примеры таких кампаний?
Гайдай: Из тех, которые на слуху - это Гражданский актив Киева 2006 года. Выборы в Киевсовет. ГАК-2006 - это уникальные для меня и моей команды условия, когда все началось с ответа на вопрос: как решить задачи инвестора - до полной реализации. И даже появление в проекте лидера - Александра Пабата было предопределено изначальным замыслом.
Так же прошли кампании "Блока Катеринчука" в Киевсовет 2008 года, примерно тоже я могу сказать о работе с Анатолием Кинахом-2004 во время президентской гонки. С той лишь разницей, что кампания Кинаха была очень короткой. Мы не вышли на публичную кампанию - было принято политическое решение поддержать Виктора Ющенко со второго тура.
Также могу назвать парламентские выборы 2002 года Николая Катеринчука, в мажоритарном округе Винницкой области. Его кампанию я не вел, но наша разработка стратегии, где в основе был социальный проект "Народный адвокат", помогла молодому адвокату из столицы победить на Винничине. Позже, в компании прошлой осени моя команда уже работала от начала и конца. Но и сам Катеринчук был уже не начинающим, а опытным политиком, со своей командой, с которой пришлось работать сообща.
Я: Говорят, что тогда победить на округе Катеринчуку помог Петр Порошенко…
Гайдай: Нет не так. Точнее, Порошенко был не против помочь. Катернчук тогда был независимым кандидатом. Было бы не плохо, что бы его поддержала тогда Наша Украина. И Петр Алексеевич, руководивший тогда штабом блока Наша Украина, пытался эту поддержку предоставить Но не вышло. Конкурента Катеринчука в том округе - нынешнего лидера КУНа Степана Брацюня опекала покойна Слава Стецько. А своих людей она не сдавала. Так что Катеринчук действовал сам, и ресурсы искал у инвесторов, которые с Порошенко никак не связаны.
