Сходил на iForum 2015 и разобрался, почему украинские стартапы с надеждой смотрят на Израиль
Если отойти от идеи «уникального пути» и перестать изобретать велосипед, опыт Израиля в развитии IТ отрасли окажется для Украины наиболее подходящим. Они тоже строили государственность с нуля, под жестким давлением соседей. У них тоже не прекращаются военные действия, что не мешает стране процветать. И они делают ставку на технологии. Но при всей схожести условий, сделать кальку один в один не получится. Нужно понять, что из этого опыта можно перенести на украинский грунт. Эта тема, специально или нет, стала одной из основных на форуме интернет-деятелей iForum 2015.
Copy+Paste не прокатит
С чужим опытом всегда такая штука: повторить дважды его не получается. Мир меняется, и в каждом отдельном случае условия уникальны. «Сделать копипейст трудно. Мы готовы делиться с Украиной опытом, знаниями и методами. Другой вопрос, что вы готовы взять, что готовы использовать», - отметил посол Израиля в Украине Элиав Белоцерковский. Он пришел на iForum для того, чтобы продвигать израильский HiTech (по его словам, это одно из направлений работы МИДа), и ответить на вопросы о том, почему у Израиля получилось.
Один из секретов – подобные отраслевые мероприятия в Израиле организует и поддерживает государство. В конце апреля, к примеру, при господдержке проходит крупный агрофорум. И да, Израиль научился жить и работать в условиях военного конфликта. В конце концов, это стало просто одним из обстоятельств, элементов быта – как, например, двое охранников, сопровождающих посла во время пребывания в МВЦ. А вот активное волонтерство в АТО – это такой украинский феномен. Армия в Израиле – исключительно парафия государства. Всеобщая военная обязанность (как известно, служат в армии и мужчины, и женщины), активное финансирование военных программ делает волонтерство в этой сфере излишним. Однако в социальной сфере волонтеров много – это культурные проекты, поддержка мало защищенных слоев и т.д.
Роль государства важна, соглашается Александр Ольшанский. Но любые крутые перемены происходят в стране только в том случае, если есть лидер. « В каждой успешной организации есть такой человек, который знает, что нужно делать. Он обладает видением того, что необходимо достичь. У Грузии был свой Бендукидзе, а у нас в Украине такого, к сожалению, пока нет, - говорит Ольшанский. – Это не плохо, это просто факт».
Кто может занять место новых лидеров, сказать трудно. Яника Мерило, советник министра экономического развития и торговли Украины, считает, что лидеры могут получиться из молодых амбициозных людей, с харизмой и зарубежным образованием, не испорченных системой и готовых работать на благо родины. И выполнять обещания. Не соглашусь – это скорее портрет менеджеров, готовых это самое видение реализовать. Они знают «как». А вот «что» – это должен видеть лидер, человек, уже имеющий за спиной опыт успешных крупных проектов, социальных или коммерческих. Человек, который считает своей миссией в этот исторический для страны момент взять на себя ответственность за реформы. И соглашусь с Ольшанским – такого человека, увы, пока в Украине не видно. А вот тех, кто верит в страну, хватает. И они, что называется, put their money where their mouth is.
Мифы об инвестициях
То, что в Украину не идут инвесторы, просто миф, говорит Яника Мерило. Она повторила статистику, которую ранее озвучил Андрей Колодюк: каждую неделю на рынке закрывается в среднем одна сделка, пусть и небольшая, но это реальные инвестиции. «Да, мы не видим сейчас крупных инвестиций в инфраструктуру, недвижимость. Но IT активно развивается, развивается технологическая экосистема, - говорит она. - Есть трудности, есть проблемы, но ситуация улучшается». И главная проблема для инвесторов - они не понимают, как у нас работает система, почему в одних случаях закон соблюдается, а в других нет. И коррупция беспокоит их гораздо больше, чем АТО.
Инвесторы не боятся военных действий, соглашается Денис Довгополый, BVU Group. Он за последние несколько месяцев много летал, встречался с инвесторами в Европе и США. Среди них есть те, кто уже работал с Израилем, для них существование подобного конфликта – просто дополнительный риск. Параметр, который нужно учитывать. «Другой вопрос, что мы можем предложить, кроме АТО», – добавляет Довгополый.
Ориентация украинских проектов изменилась. Если раньше соотношение стартапов, ориентированных на украинский рынок, к проектам, заточенным на зарубежные рынки, составлял 9:1, то сегодня расстановка сил 7:3 в обратную сторону. Локальный рынок умер, говорит Довгополый, это нужно признать. Перспективы востребованности продуктов и сервисов туманны. Единственный способ выжить – работать на зарубежного потребителя. Кто не сумел перестроиться – зализывает раны. При этом интерес инвесторов к украинским проектам не ослабевает. «Сейчас в зале iForum представители минимум 10-ти зарубежных фондов, 5 – из Долины», - добавляет он.
Люди, а потом и технологии
Апеллируя к опыту Израиля, Антон Носик, который часто работал в стране много лет, отмечает, что оборонка, как и везде, во многом дала толчок развитию IТ. И это можно считать позитивным аспектом военных действий. Но не все военные разработки применимы в частном секторе.
В качестве примера он привел компьютерную систему одной из израильских газет, в редакции которой ему довелось работать. Оказалось, что сложную, но очень современную систему перенёс в издательство сисадмин, который ранее служил на военном аэродроме. Будучи простым инженером, он ради интереса изучил компьютерную систему аэродрома. И когда демобилизовался – применил эти знания в работе гражданского издательства.
Получается, что главный вклад оборонки в развитие экономики – это люди, уникальные кадры, которых без армии подготовить бы не получилось. Эти люди, уходя на гражданку, приносят с собой полученные знания и технологии. Таким образом, оборонка помогает развивать экономику. Правда, на этом положительные аспекты военного конфликта исчерпываются.
м
Не Россия
Жестким контрастом к опыту Израиля выглядит опыт России, чья экономика не воспитана войной. Интернет-экономика России - это экономика мирного времени, говорит Носик. Она растет тогда, когда есть спрос, увеличивается производство и, соответственно, рынок рекламы. И интернет живет с транзакций при покупке и с доходов от рекламы. А когда денег становится значительно меньше - обесценилась нефть, девальвировал рубль - все рушится. Покупок нет, поскольку падает покупательная способность населения. Производство сокращает и сужается рынок рекламы. Кризис оказался беспощаден к экономике России: никакого импортозамещения не случилось. Никакой мобилизации не произошло.
За последний год бумаги российских интернет-гигантов Яндекс и Mail.ru обесценились втрое, и это не зависит от их выручки - это чистое следствие политики и войны, говорит Носик. Компании сокращают штат. Сводится на нет опционная система мотивации, когда в день IPO сотни сотрудников вдруг становятся долларовыми миллионерами за счет доли в компании. Сегодня это все превратилось в тыкву.
Google проще, добавляет он: компания просто сказала «до свидания» и закрыла свои R&D отделения в Питере и Москве. Российским компаниям труднее - им приходится выносить разработку за рубеж, чтобы оттуда продолжали работать на российский сервис. И государственные деньги тут проблему не решат.
Падение российского рынка подтверждает и Довгополый. Самолеты на Москву идут пустые, а на Киев – овербукинг, говорит он, намекая на высокий интерес к украинским проектам, в отличие от российских.
Конечно, глупо радоваться, что у соседа хата сгорела. У нас хватает своей дури. Это и коррупция, и проблемы с реализацией реформ. Это и страсть к символическим жестам, которые подменяют собой реальную работу. Но мы можем выбирать, на кого ровняться в строительстве новой страны, и учиться у тех, кто уже добился успеха.
