Berezovsky v Abramovich

Свидетельские показания в английском суде.

Решение в деле Березовский против Абрамовича еще, возможно, ждет своего исследователя, компетентного в английском праве. Я же хочу обратить внимание, прежде всего, на те аспекты решения в этом деле, что могут иметь практическую ценность в сфере международного арбитража даже для украинских юристов.

Как известно, суды common law активно используют свидетелей и могут полагаться на их показания даже в таких крупных спорах как Berezovsky v Abramovich, где на кону было потенциально более 6 млрд. долларов. В этом деле суд придавал важное значение свидетельским показаниям еще и потому, что договора в отношении акций Сибнефти и Русала, на которых Березовский основывал свой иск, были устными и не существовали нигде кроме как в воспоминаниях участников переговоров.

Миллиардное дело, по сути зависело от того, поверит ли суд показаниям истца - Березовского или ответчика - Абрамовича. Прочие условия (с учетом бремени доказывания) были равными. С обеих сторон выступали мощнейшие команды советников, которые раздобыли и досконально проработали все возможные доказательства; обе стороны одинаково страдали от отсутствия документов, которые могли бы подтвердить их версию событий; обе стороны полагались не на юридические, а на фактические аргументы.

Выступления Березовского судью не убедили. Без сомнения, его опытнейшие советники сделали все, что было возможно в правовых рамках, чтобы подготовить его к допросу в суде (целенаправленная подготовка свидетеля в Великобритании запрещена - см., к примеру, R. v Momodou), однако, по-видимому, значительного результата не достигли.

По мнению суда, Березовский показал себя "отчетливо ненадежным свидетелем, считавшим правду преходящей, гибкой концепцией, изменяемой в соответствии с потребностями текущего момента". В частности, время от времени БАБ:

• намеренно давал ложные показания или показания, которые хотя и не были намеренно нечестными, основывались на том, что свидетель убедил себя в собственной версии событий;
• пытался избежать прямого ответа на вопрос путем длинных неуместных речей;
• утверждал, что не помнит фактов, которые ранее упоминал в письменных показаниях или в процессуальных документах. При этом он отказывался от собственных письменных показаний, утверждая, что его советники исказили его слова;
• отказывался от предыдущих утверждений, иногда в течение нескольких минут.

Абрамович, в свою очередь, показал себя полной противоположностью истцу. Суд с удовольствием отмечал его "осторожные и продуманные ответы, которые концентрировались именно на тех вопросах, которые перед ним ставились". Ответчик добросовестно проверял, правильно ли он понял вопрос с учетом перевода, а при ответе отличал собственные знания, допущения и предположения. Одним словом, Роман Аркадьевич произвел на суд самое благоприятное впечатление.

Неудивительно, что в конце концов, суд поверил Абрамовичу. Для тех же, кто не работает в английском суде, пункты 33-43 решения судьи Глостер могут служить отличным кратким пособием по подготовке свидетеля.

Говорят, что на выходе из суда Березовский сказал: "Я верю в систему".