Одна из ключевых реформ, о необходимости которой заговорили сразу же после Революции достоинства, - децентрализация. Это вполне соответствует одному из важнейших соблюдаемых в ЕС принципов – принципу субсидиарности. Сущность его в том, что решение проблем
Одна из ключевых реформ, о необходимости которой заговорили сразу же после Революции достоинства, - децентрализация. Это вполне соответствует одному из важнейших соблюдаемых в ЕС принципов – принципу субсидиарности. Сущность его в том, что решение проблем должно происходить на уровне, где достигается наибольшая эффективность.
Для того, чтобы у местных властей было достаточно ресурсов для преодоления проблем, проводится также финансовая децентрализация. Большая часть бюджетных средств будет оставаться теперь на локальном уровне.
Раньше или позже, местная власть получит больше полномочий и ресурсов. Что бы могло получиться, если бы это произошло уже сегодня?
Вероятно, примеры эффективного местного самоуправления стали бы приятным исключением из общего правила. А общая картина была бы такова: ресурсы, которые остались на местах, стали бы объектом для «дерибана» локальными чиновниками, депутатами и главами населенных пунктов.
Даже национальное законодательство в сфере противодействия коррупции, на данный момент, не имплементируется достаточно эффективно на местном уровне. К примеру, в небольшом городке Лозовая, в Харьковской области, в регламенте местного совета ни разу не упоминается понятие «конфликт интересов». Даже не стоит и говорить, что совсем не идет речи и о порядке его урегулирования. А это - требования Закона «О противодействии коррупции», на который новоизбранный городской совет решил закрыть глаза при принятии Регламента 20 ноября прошлого года.
А ведь именно у депутата местного совета есть прекрасная возможность влиять на формирование и принятие местного бюджета. Так что же его останавливает сделать все возможное, чтобы какая-то сумма бюджета так или иначе досталась бизнесу его семьи, друзей или давних партнеров?
Что и говорить о небольшом городке, если в регламенте Харьковского горсовета тоже нет ни слова о конфликте интересов – депутаты ограничились скромной ссылкой на необходимость выполнять вышеупомянутый закон.
Прекрасные примеры «распила» ресурсов – передача тендеров или подрядов «правильным» организациям, либо же содействие близким людям при принятии тех или иных решений.
Очень яркий пример – малоизвестная история из Харькова, где уже почти десятилетие нынешний мэр Геннадий Кернес находится у власти (сначала – как секретарь горсовета при городском главе Добкине, а теперь – как мэр). Кроме ставших знаменитыми на всю страну лавочек по цене трех итальянских диванов за каждую, есть не менее интересные связанные с ним дела, но от того они несут не меньше негатива для города.
В течение семи лет Харьковский городской совет вынес три десятка(!) решений о выделении земли жилищно-строительным кооперативам. Если коротко, люди, которые не имеют жилья или требуют улучшения жилищных условий, имеют право объединиться в кооператив и претендовать на выделение земли для жилищного строительства.
Харьковские депутаты выделили более 600 гектаров земли на сумму порядка 4 млрд грн. И все это получили 105 полуфиктивных кооперативов. По стечению обстоятельств, среди основателей этих кооперативов очень легко найти бизнес-партнеров сына мэра Харькова, Даниила Привалова, а также партнеров Оксаны Гайсинской, с которой находится в гражданском браке Геннадий Кернес. Можно там также отыскать и фамилии бывшего прокурора Харьковской области Владимира Кривобока (который, кстати, опосредованно также связан с Приваловым), а в одном из кооперативов в одно время основателями значились близкие к Авакову Игорь Котвицкий и Марина Епишина.
Это дело еще с прошлого года расследуется местными правоохранителями. Однако, на этом же примере можно увидеть еще одну опасность: часто на локальном уровне силовые структуры и судебная ветвь находятся в очень тесном контакте с местными властями, зная о «скелетах в шкафу» друг друга и «подыгрывая» другой стороне.
В мае-июне 2015 г. следователи пытались получить доступ к документации кооперативов. Все их попытки не увенчались успехом: из 23-х ходатайств было вынесено 23 решения об отказе. Сначала решения выносил один и тот же судья, Сергей Скляренко), в октябре эту традицию продолжил уже другой судья, Александр Клименко, в 24-й раз отказав в доступе к документации.
Возможное увеличение коррупции на местном уровне не должно стать аргументом против децентрализации – без неё мы останемся постсоветским государством, где все процессы принятия решений замкнуты на Киев.
Децентрализация не должна стать просто переносом «дерибана» ресурсов из Киева в Харьков, Львов или куда-либо еще. К сожалению, предыдущий пример наглядно показывает, как ловко могут «распределяться» даже существующие ресурсы.
Альтернатив у этой реформы нет – её проведение всего лишь дело времени. На сегодняшний день она находится в подвешенном состоянии. И этим промежутком времени нужно воспользоваться с как можно большей пользой. Кроме традиционного акцента на эффективной работе правоохранительных органов, прямой обязанностью которых является борьба с подобными злоупотреблениями чиновников, следует сделать серьезный упор на создание мощных механизмов общественного контроля.
В Украине существуют прекрасные общедоступные инструменты для противодействия коррупции: любой может подавать запросы на доступ к публичной информации, отслеживать транзакции через портал «E-Data», следить за тендерными процедурами на портале ProZorro, сверять декларации чиновника с данными реестра недвижимости или реестра владельцев транспортных средств. Однако, будем откровенны: как много людей в условном Здолбунове или Энергодаре умеют пользоваться этими инструментами?
И активистам многих общественных организаций, и политикам стоит перенести хотя бы частично обратить внимание на регионы. Без влияния общественности практически нереально эффективное внедрение даже самых прогрессивных норм национального законодательства. И поэтому нужно понимать, что локальный уровень – настоящий «второй фронт» в войне с коррупцией. И уже очень скоро он может стать столь же важным, как и противодействие злоупотреблениям топ-уровня.
