Авторские блоги и комментарии к ним отображают исключительно точку зрения их авторов. Редакция ЛІГА.net может не разделять мнение авторов блогов.
10.07.2013 17:39

О некоторых проблемах возмещения морального вреда

Моральный вред: краткий обзор коллизий законодательства

     Возникновение и становление правоотношений, связанных с компенсацией морального вреда, необходимо рассматривать во взаимосвязи с правовыми, а также с общественными традициями отдельных стран. В частности, в странах с протестантской моделью общества, основанной на приоритете интересов отдельной личности над интересами государства (Англия, США), честь и достоинство человека достаточно давно были предметом судебной защиты.  Так,  именно Англия наиболее полно и глубоко усвоила принцип возмещения морального вреда. Английское право при возмещении вреда не устанавливало никаких различий между материальным и нематериальным вредом. Определение наличия причиненного морального вреда и размера его возмещения всецело зависело от целого ряда самостоятельных составов гражданских правонарушений. В 1890 году был введен новый, характерный для семьи общего права вид деликтов, нарушающих сферу «privacy». Функция этого института заключалась в защите неприкосновенности личности и всего того, что помогает человеку сохранить себя как личность. К таким деликтам можно отнести: нарушение уединения или права на одиночество, вторжение в частную жизнь истца, публичное изобличение фактов, которые могут быть достоянием только истца или узкого круга лиц, присвоение имени истца и использование его внешности с целью получения выгоды, распространение информации, выставляющей истца в неправдивом свете. Несколько иная ситуация была в странах, где частично или полностью преобладала католическая модель общественных отношений, основанная на подчинении интересов отдельной личности интересам государства. В частности, медленное развитие института компенсации морального вреда в Германии объяснялось не столько преобладающим господством римского права, хотя и имевшего определенные успехи в создании этого института, однако исторически не успевшего выработать законченную систему, сколько причинами другого характера. Это было вызвано своеобразными этническими и историческими особенностями, присущими германской нации, сформировавшими свои представления о моральных и правовых нормах, отличных от норм англосаксов. Легче, чем Германия, от влияния негативных, точнее недоработанных, сторон римского права освободились романские государства. Романский судья отошел от классического римского права в данном вопросе и выбрал свой самостоятельный путь. Во Французском гражданском кодексе (Code civil) не было прямо закреплено понятие «моральный вред». Однако с тех пор французские суды широко применяют институт морального вреда для защиты личных благ лица. В Италии принцип возмещения морального вреда был усвоен намного шире, чем во Франции.

     В странах Европы, где преобладала традиционная православная мораль (Европейская часть России, большая часть Украины и Белоруссии, Греция, часть бывшей Югославии, Армения, Грузия) и в связи с этим культивировалось  пренебрежение к материальному достатку и благополучию, человеческая личность традиционно вообще не могла наделяться какими-либо неимущественными правами, которые могли бы быть выражены в денежном эквиваленте. Тем не менее, еще в дохристианскую эпоху в феодальной Руси (X-XI вв.) существовала Русская правда, где содержался ряд норм, предусматривающих ответственность за причинение неимущественного вреда, а целью наказания было возмещение материального и морального ущерба. Но уже с середины XIX в. и до революции 1917 г. возмещение вреда регулировалось в основном законом от 21 марта 1851 г., содержащимся в X томе Свода законов Российской Империи. Сам закон не запрещал возможность возмещения нематериального вреда, но и не содержал норм о предустановленной денежной оценке последствия нападений, обид и оскорблений. После революции 1917 г.  само существо господствовавшей правовй доктрины заключалось в том, что принцип компенсации морального вреда классово чужд социалистическому правосознанию, что основывалось, в частности, на демагогических утверждениях о невозможности измерить достоинство человека в денежной форме. Все научные дискуссии на эту тему сами по себе прекратились в середине 30-х годов после провозглашения «победы социализма в СССР», что вполне соответствовало устоявшейся общественной модели, в которой отдельная личность, будучи «винтиком» государственной системы, практически не наделялась какими-либо правами, подлежащими эффективной юридической защите. В общественном сознании укоренились представления о недопустимости оценки компенсации морального вреда в имущественной форме. И только после горбачевских реформ, с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 31 мая 1991 г., моральный вред был определен как «физические или нравственные страдания». После распада СССР, с переходом стран бывшего Союза к посттоталитарной системе общественных отношений, понятие морального вреда было почти сразу закреплено в гражданском законодательстве, в частности,  России и Украины.

     Действующее законодательство Украины содержит значительный перечень правовых норм, предусматривающих возмещение морального вреда (перечислять которые в данном изложении мы не будем, по причине большого объема информации). Общим признаком всех этих норм является их фактическая декларативность, то есть признание права на возмещение морального вреда  как такового, но без указания каких-либо дополнительных условий для этого. В порядке сравнения нужно сказать, что в зарубежных странах выработаны различные подходы к решению данного вопроса. Так, англо-американское право, в отличие от стран романо-германской группы, устанавливает различные основания ответственности за причиненный моральный вред.  В системе англо-американского общего права успешно функционирует принцип сингулярного деликта, при котором суду предоставлена наибольшая самостоятельность и независимость от предписаний закона, позволяющая наиболее адекватно подходить к рассмотрению конкретного дела. Наиболее широко и давно (свыше 200 лет) моральный вред возмещается во Франции.

     В настоящее время существуют серьезные методические проблемы доказывания как самого факта причинения морального вреда, так и определения размера компенсации. Существующая судебная практика, в том числе кассационной инстанции, весьма противоречива. Так, судами применяются   различные подходы в оценке факта нанесения морального вреда, причиненного, в частности, незаконными действиями государственных органов. Например, в сходных ситуациях бездействия органов исполнительной службы суды в одних случаях считали доказанным факт причинения морального вреда стороне исполнительного производства, в других аналогичных случаях – отказывали в иске по мотиву недоказанности. Зачастую такие дела отличались между собой только наименованиями (именами)  сторон, с однотипной фабулой незаконных действий, но почему-то с разными судебными решениями. В этом вопросе можно считать  устоявшейся только практику возмещения вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, а также причиненного преступлением (случаев полного отказа в исковых требованиях, подтвержденного кассационной инстанцией, практически нет). Еще большим разнообразием отличается сумма взысканной компенсации по однотипным делам (например, сумма компенсации за незаконное содержание под стражей на протяжении 2 месяцев устанавливалась судами в интервале  от 5 до 125 тыс. грн.).

    Исходя из закрепленных в процессуальном праве принципов относимости и допустимости доказательств, и поскольку моральные страдания по своей сути являются сугубо субъективными и не имеют каких-либо признаков, которые могут восприниматься и оцениваться извне, единственным допустимым способом доказывания факта нанесения и обоснованием размера морального вреда могут быть только личные пояснения потерпевшего. Вместе с тем существует мнение, что для установления факта нанесения морального вреда и (или) определения  размера денежной компенсации возможно проведение судебно-психологической экспертизы. Так, ориентировочный перечень вопросов эксперту, указанных в  «Інструкції про призначення та проведення судових експертиз та науково-методичних рекомендацій з питань підготовки та призначення судових експертиз», утвержденной приказом Минюста України  N 144/5 от 30.12.2004 г.,  содержит следующие: 1) Чи має підекспертна особа зміни в емоційному стані, індивідуально-психологічних проявах, які перешкоджають активному соціальному функціонуванню її як особистості і виникли внаслідок впливу певних обставин (зазначити обставини: безпідставне обвинувачення, незаконне позбавлення волі, наклеп, образа, заподіяння шкоди її громадським інтересам тощо)? 2)  Чи є ситуація, що досліджується за справою, психотравмувальною для Н. (зазначаються прізвище, ім'я та по батькові)? 3)         Якщо так, то чи завдані Н. (зазначаються прізвище, ім'я та по батькові) страждання (моральна шкода)? 4) Чи спричинені Н. (зазначаються прізвище, ім'я та по батькові) страждання (моральна шкода) за умов ситуації (зазначаються умови ситуації), що досліджуються у справі? Якщо Н. (зазначаються прізвище, ім'я та по батькові) завдані страждання (моральна шкода), який можливий розмір становить грошова компенсація за завдані страждання Н. (моральної шкоди)?

     Не отрицая принципиальной возможности использования заключения эксперта-психолога как доказательства по данной категории дел, хотелось бы тем не менее заметить следующее.

     Для достоверного установления факта нанесения морального вреда, а также определения выраженности моральных страданий экспертным путем является весьма желательным, чтобы такое исследование проводилось по «горячим следам», т.е. в первые дни (иногда – часы) после нанесения морального вреда. В противном случае переживания потерпевшего неизбежно сглаживаются, или вовсе сходят на нет. Учитывая же, что зачастую от момента причинения морального вреда до начала рассмотрения соответствующего иска в суде проходят месяцы (а то и годы),  в ряде случаев возможно получение отрицательного результата экспертизы, вызванного относительной давностью переживаний потерпевшего.

     Также широко известна методика определения размера морального вреда российского ученого, доктора юридических наук Эрделевского А.М. (Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда. — М.: БЕК, 2000.). Данная методика включена под номером 176 в перечень рекомендованной литературы для проведения судебных экспертиз, утвержденного приказом Минюста Украины N 1722/5 от 30.07.2010 р. Вместе с тем, вызывает определененое сомнение возможность установления размера такого вреда именно в рамках психологического исследования, поскольку  применяемые автором методики расчетов в целом носят умозрительный характер, основанный на принципе «я художник – я так вижу», а сам расчет (как таковой) в целом выходит за пределы компетенции эксперта-психолога.

     По моему мнению, назрела необходимость законодательной реформы, направленной на упорядочение  подходов к возмещению морального вреда. В частности, нужно несколько сместить смысловой акцент в определении целей такой компенсации, придав ей еще и   пресекательный характер для предупреждения нарушений прав и свобод субъектов частного права.

     Для исключения каких-либо сомнений, а также возможности вынесения заведомо необоснованных судебных решений, необходимо ввести презумпцию факта нанесения морального вреда по определенной категории споров (например, моральный вред, причиненный преступлением, незаконными действиями органов власти,  причиненный потребителю и т.п.). Кроме этого, целесообразно законодательно установить пределы (минимальные и максимальные) размера возмещения морального вреда (как это предусмотрено,  в частности, в случаях незаконного привлечения к уголовной ответственности). Для исключения субъективного подхода (и достижения единообразия судебной практики) было бы полезным издание нормативного акта, с детальным описананием методики расчета размеров компенсации морального вреда по различным категориям дел, или по крайней мере – обобщения судебной практики высших судов.  

     Что же делать сейчас, пока наше законодательство и судебная практика в этой части весьма далеки от совершенства?   

     Прежде всего, потерпевшему рекомендуется непосредственно после причинения  морального вреда обращаться к эксперту-психологу, с целью получения заключения специалиста (по аналогии с освидетельствованием у врача-судмедэксперта). В таком случае, причинение морального вреда и его степень будут зафиксированы «по горячим следам», с обеспечением максимальной объективности такого доказательства. Заключение специалиста в дальнейшем может быть либо достаточным доказательством (само по себе) при предъявлении иска в суде, либо (при наличии возражений других участников процесса) использовано при проведении уже судебно-психологической экспертизы как таковой. Сами же выводы психолога (в статусе как специалиста, так и судебного эксперта) безусловно, могут быть использованы – но без постановки вопроса о размере компенсации, который должен разрешаться исключительно самим судом.        

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Последние записи
Контакты
E-mail: blog@liga.net