Авторские блоги и комментарии к ним отображают исключительно точку зрения их авторов. Редакция ЛІГА.net может не разделять мнение авторов блогов.
13.12.2014 17:47

Принудительно лишить права на долю в имуществе. Это просто?

Правова, судово-експертна діяльність

Юристам и не только может быть интересно. В соавторстве с доктором юридических наук А.Н. Мирошниченко.

Общая собственность – изначально ущербная конструкция, поскольку совместное осуществление этого права противоречит идее полного господства над вещью, которое характерно собственности. Закон вынужден допускать возникновение общей собственности в случаях, когда без этого сложно обойтись: при наследовании, приобретении имущества в браке, объединении имущества предпринимателями, членами семьи и т.п. Важно, чтобы возможности для установления общей собственности не были слишком широкими.

Общая собственность как таковая всегда стремится к индивидуализации, что имеет своей основой глубинные процессы человеческой психики. В мире вещей человек стремится обладать ими индивидуально, присваивая те или иные предметы. Причем данная тенденция прослеживается даже при применении и фикции юридического лица или конструкции государственной и коммунальной собственности на имущество. Закон должен поддерживать это стремление к индивидуализации, то есть к прекращению права общей собственности.

Что же делать, когда совместное обладание общим имуществом, в том числе недвижимым: зданием, сооружением, земельным участком, становится невозможным, и сособственники хотят разделить его? Можно осуществить раздел имущества или выделение своей доли кем-либо из совладельцев. Это и делается при непротивлении сторон в определенных случаях. Вопрос урегулирован в целом Гражданским кодексом Украины , ст.ст. 364, 367, 372 (далее - ГК), поэтому детально на нем останавливаться не будем.

Гораздо интереснее случаи, когда согласия по поводу прекращения права на долю нет, но и совместно владеть объектом общей долевой собственности нет никакой возможности. Речь, чаще всего, о тех случаях, когда между собственниками возникает личная неприязнь в том или ином проявлении .

Для этих случаев Закон предусматривает механизм принудительного прекращения права на долю. Это ст. 365 ГК. Ее необходимо процитировать.

«1. Право лица на долю в общем имуществе может быть прекращено по решению суда на основании иска других сособственников, если:

1)      доля является незначительной и не может быть выделена в натуре;

2)      вещь является неделимой;

3)      общее владение и пользование имуществом является невозможным;

4)      такое прекращение не причинит существенного вреда интересам сособственника и членам его семьи.

2. Суд постановляет решение о прекращении права лица на долю в общем имуществе при условии предварительного внесения истцом стоимости этой доли на депозитный счет суда». 

На первый взгляд, все просто. Казалось бы, логика статьи и общие лингвистические соображения подсказывают, что необходимо соблюсти все условия, перечисленные в ч.1 статьи 365 после слова «если» и знака «:». По крайней мере, знак «:» нам говорит именно об этом. Толкование нор мы, помещенной в ст. 365 ГК, показывает, что условия, перечисленные в ч.ч. 1-4 ст. 365 ГК, не только не являются взаимоисключающими, но, наоборот, являются взаимодополняющими. Такое толкование (назовем его «консервативным») соответствует желанию обеспечить праву собственности максимальную стабильность.

Вместе с тем, упомянутое выше естественное стремление прекратить право общей собственности, в т.ч. долевой, ставит вопрос о том, не следует ли толковать знак «;» между отдельными условиями как логический оператор «или» (а не «и»). Следует признать, что формулировка ч.1 ст.365 не исключает и такого толкования (назовем его «более свободным»).

Вопрос вызвал оживленные дискуссии среди юристов на страницах нау чных изданий, в пространстве сети Интернет и получил неодинаковую трактовку в судебных решениях.

Что интересно, после многочисленных противоречивых решений различных судебных инстанций и несколько противоречивой формулировки п.1 постановления пленума ВССУ от 07.12.2014 № 5 «О судебной практике в делах о защите права собственности и иных вещных прав» [1] («не является неправомерным лишением права собственности присуждение денежной или иной материальной компенсации за долю в совместной собственности при наличии условий, предусмотренных пунктами 1-4 части первой и части второй статьи 365 ГУ, если ее невозможно выделить или поделить имущество в натуре или совместно пользоваться им») по данному вопросу прямо высказался Верховный Суд Украины.

В качестве примера можно привести постановление Верховного Суда Украины (далее - ВСУ) от 16 января 2012   по делу № 6-81цс11 . В нем суд пришел к однознач ным выводам о том, что для прекращения права на долю в имуществе не нужно проверять соблюдение всех 4 условий, перечисленных в ч.1 ст. 365 ГКУ. По мнению суда, анализ этой нормы свидетельствует о том, что для прекращения права лица на долю в общем имуществе необходимо установить наличие какого-либо (любого) из обстоятельств, предусмотренных пунктами 1-3 ч.1 ст. 365 ГКУ при условии, что такое прекращение не причинит существенного вреда интересам совладельца и членам его семьи, а также при условии внесения стоимости доли на депозит суда. Позднее ВСУ подтвердил эту позицию в постановлении от 15 мая 2013 года по делу № 6-37цс13.

Однако суду, похоже, показалось мало и в своем постановлении от 2 июля 2014 года по делу № 6-68цс14 ВСУ указал, что право собственника на долю в общем имуществе может быть прекращено, но при условии, что такой вред не будет существенным. Именно это обстоятельство является определяющим при разрешении иска о прекращении права на долю в общем имуществе по требованию других сособственников. Таким образом, может сложиться впечатление, что ВСУ не усматривает даже необходимости наличия какого-либо основания, предусмотренного ч.ч. 1-3 ст. 365 ГКУ, а оценке подлежит лишь «существенность» вреда. Оставив за скобками проблему субъективного определения судом существенности вреда в каждом отдельном случае, с трудом можно понять, как именно ВСУ сумел прочитать нормы ст. 365 ГКУ таким образом. Дело в том, что при своей двузначности конструкция статьи предусматривает соблюдение или всех перечисленных в ней условий в совокупности, или, при другом толковании, любого из них.

Представляется, что при толковании ст. 365 ГКУ следует исходить, прежде всего, из ее системной взаимосвязи с положениями Конституции Украины, а также применимых норм международного права.

Конституция Украины устанавливает гарантии для права собственности (в т.ч. на долю в имуществе). Так, согласно первому предложению ч.5 ст.41 Основного Закона, «принудительное отчуждение объектов права частной собственности может быть применено лишь как исключение по мотивам общественной необходимости, на основании и в порядке, установленным законом, и при условии предварительного полного возмещения их стоимости».

Такая формулировка, как минимум, ставит вопрос о том, во-первых, соблюдено ли условие об «исключительности» при более свободном толковании ст.365 ГКУ. На наш взгляд, ответить на этот вопрос следует отрицательно, поскольку с помощью более свободного токования можно прекращать право собственности на долю в достаточно широком числе случаев.

Вывод о необходимости консервативного толкования ст.365 ГКУ подтверждается применением к рассматриваемой ситуации положений Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод, ратифицированной Украиной Законом от 17 июля 1997 года с учетом практики ее применения Европейским судом по правам человека.

Второе предложение § 1 ст.1 Протокола 1 предусматривает, что «никто не может быть лишен своей собственности иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права».

Европейский суд по правам человека применял Конвенцию к ситуации, в которой право собственности на долю в общей собственности было прекращено. Решение по делу «Андрей Руденко против Украины» [2] свидетельствует о том, что в вопросе о том, были ли соблюдены условия для экспроприации, установленные ст.1 Протокола 1, существенным являются условия компенсации. Собственно, толкования ст.365 ГКУ Европейский суд по правам человека не осуществлял.

На наш взгляд, важной является практика суда по другим делам о применении второго предложения § 1 ст. 1 Протокола 1, а именно, выработанный судом критерий законности принудительного отчуждения. По мнению суда, «закон» в понимании § 1 ст.1 Протокола 1 означает не любой закон, а лишь закон правовой. Необходимым же качеством правового закона, по мнению Суда, является такая характеристика, как предсказуемость в применении (см., например, § 63 решения по делу VISTINS AND PEREPJOLKINS v. LATVIA) [4]. На наш взгляд, при более свободном толковании ст.365 ГКУ это положение будет лишено предсказуемости в применении, поскольку сможет быть применено в очень большом количестве случаев, которые очень сложно наперед представить.

Кроме того, при более свободном токовании ст.365 ГКУ существует реальный риск злоупотреблений, иными словами, по терминологии Конвенции – риск «возложения на лицо непропорционального бремени» (в широком понимании этого термина как негативных последствий), в случае чего, согласно устоявшейся практики Европейского суда по правам человека, § 1 ст.1 Протокола 1 будет нарушена (см., например, § 49 решения по делу HENTRICH v. FRANCE) [3].

В этой связи толкование ВСУ «п.1, или п.2, или п.3 + п.4» не соответствует концептуальным положениям о защите и гарантиях права собственности, установленным Конституцией Украины и Конвенцией о защите прав человека и основоположных свобод, и потому должно быть отвергнуто.

Положения национального законодательства, которые устанавливают обязательность решений ВСУ, принятых по результатам пересмотра дел вследствие неодинакового применения норм законодательства судами кассационных инстанций, на наш взгляд, не должны препятствовать установлению надлежащей судебной практики. Дело в том, что эти положения (ст. 360-7 Гражданского процессуального кодекса Украины, ст.111-28 Хозяйственного процессуального кодекса Украины) противоречат сразу нескольким положениям Конституции Украины, и потому не могут быть применены.

Нормативный характер решений ВСУ, во-первых, противоречит ст.6 Конституции Украины, которая устанавливает принцип разделения властей, а во-вторых – ст.126 Основного закона, согласно которой судьи являются независимыми и подчиняются исключительно закону.

Вместе с тем, возникает вопрос, является ли ст.365 ГКУ при ее более предпочтительном, консервативном толковании адекватным решением для ситуаций, в которых необходимо прекратить право общей долевой собственности? На наш взгляд, ответить следует отрицательно. Соответствующее регулирование может и должно быть улучшено.

Практика более свободного токования ст.365 ГКУ была порождена осознанием судами необходимости существования действенного механизма прекращения права общей собственности. Такая необходимость действительно существует. Вместо свободного толкования ст.365 ГКУ такой механизм, как представляется, должен быть создан законодательно.

На наш взгляд, он должен включать, кроме возможности выкупа в исключительных случаях, уже предусмотренных ст.365 ГКУ, доли в праве общей собственности, возможность требовать в судебном порядке продажи общего имущества с аукциона с распределением вырученного между сособственниками пропорционально их долям. Текст соответствующего законопроекта с пояснениями размещен на личном сайте одного из авторов [5] .

Возражения, которые можно высказать против «более свободного» токования ст.365 ГКУ, не распространяются на предложенный механизм. Во-первых, он не возлагает на сособственника несправедливого бремени – бремя одинаково для всех сособственников, продажа приводит к выходу из «патовой» ситуации, от чего выигрывают и сособственники, и общество. Закон, который установит соответствующее правило, будет предсказуемым в применении. Наконец, вопрос об экспроприации при применении предложенного механизма вообще не стоит – суд просто будет разрешать спор между сособственниками относительно распоряжения их общим имуществом, и правило о продаже на аукционе исключит злоупотребления

Литература :

1.       О судебной практике в делах о защите права собственности и иных вещных прав : постановление пленума Высшего специализированного суда Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел от 07.02.2014  № 5 [Электронный ресурс]. – Режим доступа к документу: http://zakon4.rada.gov.ua/laws/show/v0005740-14

2.      Решение Европейского суда по правам человека от 25.11.2010 по делу «Руденко против Украин ы » (Заявление № 5797/05) [Электронный ресурс]. – Режим доступа к документу: http://if.arbitr.gov.ua/userfiles/file/court_gov_ua_sud5010/Konvenciya_z_prav/st_3/Rudenko.pdf

3.      European Court of Human Rights. Judgment. Case of HENTRICH v.   FRANCE (Application no.  13616/88 )  // [Электронный ресурс]. – Режим доступа к документу: http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-57903

4.      European Court of Human Rights. Judgment. Case of VISTINS AND PEREPJOLKINS v. LATVIA ( Application no.   71243/01)  // [Электронный ресурс]. – Режим доступа к документу: http://hudoc.echr.coe.int/sites/fra/pages/search.aspx?i=001-103866

5.      Мірошниченко А. Припинення права спільної часткової власності  на майно без його поділу // [Електронний ресурс]. – Режим доступу: http://www.amm.org.ua/draft-laws/461-terminating-common-ownership-with-shares

д.ю.н. А.Н. Мирошниченко,                к.ю.н. А.И. Рипенко 

 

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Последние записи
Контакты
E-mail: blog@liga.net