Основной идеей декоммунизации должно стать определение деятельности СССР, как преступления. Не просто ура-патриотические истеричные визги, а юридическое определение.
Основной идеей декоммунизации должно стать определение деятельности СССР, как преступления. Не просто ура-патриотические истеричные визги, а юридическое определение. Соответственно, большинство производных от этой деятельности будет проще определять, как преступление в каждом конкретном случае, потому что это будет не посягательство на свободу мысли, а судебные процессы над пособниками режима совершившего преступления против человечества.
Курс на декоммунизацию, избранный в Украине несколько лет назад, вызывает ряд вопросов в плане построения украинского мировоззрения и миропонимания. Достаточно ли просто разрушать памятники советских деятелей? Какова ценность этих памятников? И не получится ли так, что, стерев с лица земли материальные следы присутствия коммунистической партии в Украине, мы забудем все то, что было ими сделано, буквально через два-три поколения?
Наверное, сейчас уже не имеет смысла говорить, что подобные манипуляции необходимо было совершать в 1991-м году. Но, если быть до конца честными перед собой, наверное тогда и нельзя этого было сделать. Все прекрасно помнят, какое количество мест занимала компартия в парламенте 1990-х и как лидер украинских коммунистов Петр Симоненко в 1999 году выходил во второй тур президентских выборов. На минуточку, в первом туре за него проголосовало почти 6 млн избирателей, а во втором - более 10 млн. На тех же выборах социалисты разного толка набрали около 6 млн голосов, что в целом более чем наглядно показывает бесперспективность возможной декоммунизации в то время.
И вот наступил день сегодняшний, в Украине решили начать “декоммунизацию” с запретов. Сначала просто запретили компартию, потом проголосовали закон “Об очищении власти”. В феврале 2015-го года глава Венецианской комиссии Джанни Букиккио, говоря о Законе «Об очищении власти» (о люстрации) отметил, что это «плохой закон», и Венецианская комиссия очень критична в его оценках. Глава Венецианской комиссии выразил мнение, что процесс люстрации стоило бы приостановить и сначала доработать нормативную базу.
Дело в том, что подобные законы считаются такими, которые нарушают базовые права человека. И эта ситуация характерна для многих, если не сказать всех, стран Европы. И нарушают они их именно потому, что изолируют людей за их образ мысли, т.е. “раз вы были коммунистом, то ваши права стоит урезать” – что это, если не “совок”? В Украине даже не пытались определить деятельность СССР, как преступление против человечества.
Давайте умозрительно вернемся в недалекое прошлое, хотя бы лет на 100 назад. Шла Первая мировая война. На момент выхода из нее Российская империя потеряла 1,7 млн убитыми и умершими от ран; 4,95 млн ранеными и 2,5 млн военнопленными. Но все это было только начало. (Далее цифры указаны в общесоюзном масштабе, т.к. потери УССР, как правило, не выделялись отдельно. Там, где это возможно, будут указаны цифры отдельно по Украине).
Последовали революция, гражданская война, красно-белый террор, голод. О количестве погибших точных данных нет до сих пор, но, по разной информации, в этот период времени погибли от 15 до 30 миллионов человек. А сколько эмигрировало? Дальше больше – дальше Сталин. Коллективизация. Индустриализация. Враги народа. Вредители. В те годы «маховик смертей» не останавливался: 22 миллиона человек с 1930 по 1939 год. Итого – около 50 миллионов людей.
Вторая мировая война стала очередным потрясением для нашей страны. За 6 лет Украина потеряла 20% населения, около 10 миллионов человек, и это – только официальные данные (В целом считается, что на Украину пришлась половина всех потерь СССР в войне). Но когда война закончилась, процесс устранения неугодных снова набрал обороты, напоминая конвейер со строгим планом выработки. В первую очередь уничтожали имевших свое, отличное от «общепринятого», мнение и такую же активную жизненную позицию. По разным данным, на территории СССР за то время погибло около 40 (!!!) миллионов человек. В итоге имеем около 100 миллионов людей, которых уничтожила советская система.
Исповедовать какую либо идеологию в большинстве случаев не преступление и таковым может быть признано с огромными усилиями. А вот бесконечные лагеря, репрессии, голодомор имеют признаки преступления против человечества. И если в Германии и Японии были Нюрнбергский и Токийский процессы, и виселица работала, то в постсоветских республиках трибуналов по советским преступлениям не было. Потому адептам идеологии СССР можно смело оправдываться посягательством на их свободу мысли и самовыражения, выражать себя через советскую идентичность не определено как подражание одному из самых ужасающих преступлений XX-го века.
Потому сейчас в Украине, без учета Крыма и Донбасса, 36% населения ностальгирует по СССР, из них 22% молодые люди, которые в силу возраста СССР не застали, и представление о нем черпают из коллективной памяти. Эту цифру можно пытаться уничижать, говоря, что “так отвечали люди с низким образованием и доходом”, но во-первых, эти люди граждане Украины, а во-вторых, платят налоги, потому всем, кто в оценках опирается на другие факторы, следует “декоммунизировать мышление”. С другой стороны, люди, оправдывающие такую цифру “ностальгией по стабильности”, умалчивают, посредством чего достигалась эта самая “стабильность”.
Конечно, сразу же возникает вопрос: “Можно ли наказывать за идентичность?”. Конечно, если доказано, что она связана с преступлением, если в ходе следствия и судебного процесса доказать, что эта идентичность (общность) выражается в совершении преступлений, как, например, у уличных банд. Т.е. принадлежность к “банде” определяется как использованием определенной одежды (например синих бандан), татуировок, сленга, манеры двигаться, так и внутренними императивами и представлениями о должном (например для вступления в банду может потребоваться убить человека, в доказательство своей приверженности).
Например, в США в 70-80 годы практиковали своего рода “условную вину”: если полицейский замечал человека, одетого как член банды, с татуировками члена банды, но при этом в настоящий момент времени человек ничего не нарушал, это все равно давало основания для задержания и выдвижения обвинений в уголовных преступлениях, потому как идентичность банды предполагает совершение преступлений. Желающие могут изучить закон RICO (The Racketeer Influenced and Corrupt Organizations Act) и практику его применения. Да, не всегда удается доказать связь между преступлением и идентичностью “движения”, как например с байкерским клубом “Ангелы ада”, в 1979 году в суде не смогли доказать, что продажа оружия и наркотиков – это часть политики клуба, потому посадить удалось только непосредственных исполнителей, а не всех членов.
Потому настоящая декоммунизация, начнется в Украине, не с голословных запретов в стиле СССР, что только подтверждает истинность советских императивов и наглядно демонстрирует, почему люди за ними ностальгируют, а именно с открытого и максимально прозрачного судебного процесса, решение которого станет основой Закона Украины.
Основной идеей декоммунизации должно стать определение деятельности СССР, как преступления. Не просто ура-патриотические истеричные визги, а юридическое определение. Соответственно, большинство производных от этой деятельности будет проще определять, как преступление в каждом конкретном случае, потому что это будет не посягательство на свободу мысли, а судебные процессы над пособниками режима совершившего преступления против человечества.
