Коронавирус: кризис неизбежен, но шансы есть

Коронавирусная инфекция стала новым вызовом для мирового общества. За несколько недель вирус перестал быть фантомом мирового экономического призрака и стал неизбежной реальностью.

На днях Институт международных финансов (IIF) опубликовал прогноз, согласно которому в 2020-м глобальная экономика сократится на 1,5%, а в 2021 – на 4,1%. Международный валютный фонд, в свою очередь, уже объявил о начале рецессии мировой экономики, хотя еще в начале марта лишь снижал прогноз роста на уровне 3,3% ВПП (по сравнению с 2,9% в 2019-м).

Экономист международного рейтингового агентства Moody's Джон Лонски заявил, что эпидемия COVID-19 станет «черным лебедем» – хуже событий, вызвавших мировой финансовый кризис в 2008–2009 гг. И, в отличие от финансового кризиса, на этот раз государства будут ограничены в возможностях исправить ситуацию. Такие заявления имеют под собой достаточные основания. Ведь десять лет назад Китай занимал не такое прочное положение в мировой экономике, как сейчас. Тогда размер ВВП Китая составлял около 1,7 трлн долларов в год, на начало 2020 года экономика этой страны выросла чуть ли не в десять раз – до 15 трлн долларов, а доля в общемировом ВВП практически достигла 17%.

Четвертый месяц подряд в Китае страдают производство, торговля, транспорт, ресторанный и туристический бизнес. Перебои поставок из Поднебесной ощущают по всему миру. О масштабном кризисе теперь говорят в США и в Европе. Ведь в течение последнего месяца рекордно упали цены на металлы, упал рынок акций. 27 марта мировая цена барреля нефти упала ниже психологической отметки.

Чего ждать Украине?

Такой, казалось бы, далекий Китай в 2019 году впервые стал крупнейшим торговым партнером Украины, потеснив Россию. Государственная служба статистики оценила экспорт в Китай в 3,5 млрд долларов, в то время как импорт – в 9,2 млрд долларов. Доля Китая в украинском экспорте составила 7,2%, в импорте – 15,1%. В течение последнего года экспорт в КНР вырос на 63,3%, а импорт – на 21%! Украина является крупным экспортером руды, золы, сельхозпродукции. И если за экспорт сельхозпродукции пока можно особенно не волноваться – потребление вряд ли снизится, то из-за длительного воздействия коронавируса на мировую экономику может упасть спрос на железную руду и металлургическую продукцию. Низкий спрос и падение цен на них украинским экспортерам может обойтись очень дорого.

Однако ситуацию существенно усугубили эпидемия в европейских странах и введение карантина в Украине. Объясню почему. Экономика Германии не выдержала пандемии коронавируса: в первом квартале 2020 года падение ожидают на уровне 2% из-за беспрецедентного сокращения в сфере услуг. О рекордном экономическом спаде говорят и во Франции. И если Германия планирует профинансировать пакет стимулов бизнеса на 750 млрд евро, то Украина, введя жесткие карантинные меры, лишь добивает и без того шаткое положение. Парализованная сфера услуг, торговля непродовольственными товарами, не говоря о транспорте, уже успели загнать экономику в глухой угол. Уже на днях ВР может утвердить изменения в госбюджет, увеличив его дефицит в три раза – с 96,3 млрд гривен до 298,4 млрд гривен. Покрывать его традиционно планируют за счет заимствований. Разрешенный лимит государственного долга по состоянию на 31 декабря 2020 года увеличится с 2,045 трлн гривен до 2,387 трлн гривен.

Тем временем в НБУ и раньше высказывали беспокойство, что инвесторы могут переоценить свои риски из-за эпидемии COVID-19, и это повлияет на привлекательность долговых облигаций Украины – государству будет сложнее занимать деньги для выплат по госдолгу. А ближайший «пик» таких выплат, напомню, приходится на май 2020 года.

Впрочем, в МВФ пока не отказываются от готовности помочь бедным государствам и странам с переходной экономикой в борьбе с эпидемией коронавируса. Фонд готов предоставить беспроцентные кредиты на общую сумму в 50 млрд долларов. И, говоря о рецессии, заявляют, что восстановление в 2021 году все же может начаться, но при одном условии. Это победа над коронавирусной инфекцией. А пока главную угрозу Международный валютный фонд видит в возникновении волны банкротств и сокращении рабочих мест. Это, в свою очередь, подорвет способность мировой экономики к восстановлению, и хуже того – может разрушить саму основу общества.

А есть ли шансы?

В народе любят говорить, что любой кризис – это и новая возможность. Может ли коронавирус стать шансом для мировой экономики? Однозначно – может. Во-первых, экспортеры поневоле начнут искать новые рынки сбыта, которые могут оказаться куда выгоднее поставок в Китай. Страны прежде всего Восточной Европы могут задуматься о том, а не наладить ли им производство комплектующих (а может, и крупную сборку) в своих странах? Бизнес будет искать новых поставщиков, новых клиентов, новые таланты и новые рынки сбыта.

Уже сейчас производители защитных масок зарабатывают капиталы, определенные толчки к развитию получает и фармбизнес – закупка тест-систем на определение COVID-19 и реагентов (тут быстро сориентировалась Россия – их реагенты на сегодня дешевле, чем в Европе).

Мы всегда боимся неизвестного – сейчас сложно сказать, станет ли эпидемия пандемией и как в итоге с новыми угрозами справится мир. Возможно, как и во время прошлого финансового кризиса, экономику придется «заливать» деньгами – поддерживая деловую активность, не давая экономике рухнуть. Но в таком случае есть риск Великой депрессии–2, ведь мир еще не полностью «воспрял» от рецессии 2008–2009 годов.

А возможно, мы станем меньше потреблять? И поймем, что обходиться можно меньшим, глядя на изобилующие полки супермаркетов? А может, Грета Тунберг права, и эпидемия с ее экономическими последствиями – это подготовка человечества к глобальному климатическому кризису?

Так или иначе, мир столкнулся с новым вызовом. И человечеству не остается ничего другого, кроме как выживать и бороться.