59 депутатов и необъяснимые богатства

Почему надо срочно отменить уголовную ответственность за незаконное обогащение. И кому.

Мы уже рассматривали предположение,что Украина выступает полигоном для откатки новых технологий государственногоуправления и контроля с использованием финансового фактора.  Как и всю историю человеческой цивилизации,подобные технологии строятся на противодействии врагу, реальному иливымышленному. Только убежденность в реальности исходящей от врага  угрозы и тщательно выстроенная от нее цепочкапричинно – следственной связи может заставить население с неохотой, а то и соблегчением  расстаться с очередной долейличной свободы. Бывает, что это идет ему, населению,  на пользу, когда возросшие властные полномочиянаходятся в руках цивилизованной, образованной, осознающей свою миссию элиты.Особенно, когда элита понимает опасность таких соблазнов как коррупция.

Украинская «элита» такойопасности не сознает, с коррупционными соблазнами борется как алкоголик сводкой – путем ее ускоренного уничтожения при помощи своего организма. О миссиив данном случае лучше вообще молчать. Поэтому, те технологии, которые наУкраине обкатываются, носят как раз антикоррупционный характер. Условиямаксимально приближенные к реальным.  

Есть и другие. На Кипре в 2013 годуотрабатывали методику покрытия бюджетного дефицита за счет сбережений граждан.Событие запомнилось как «кипрская стрижка». В среднем, сытенькие, привыкшие ксредиземноморскому лайфстайлу киприоты на тот момент имели сбереженийзначительно больше среднего немца, привыкшего пахать и за себя, и за техевропейских парней. В целом, прошло спокойно и нормально, эксперимент удался.Попробовали бы такое провернуть  где - тов Швейцарии – и целого мира оказалось бы мало экспериментаторам. Чтобыспрятаться.  

В этом году в Индии провелимасштабный  эксперимент по избавлению отналичных денег. Это не первый раз. Война с наличными (#WOC,  war on cash)  в мире идет давно, и с разными результатами. Впривыкшей к ограничениям & дисциплине Северной Европе получается нормально.Чуть южнее – не очень. В Индии тоже не очень хорошо получилось, население любитострое и поскандалить. И много его. Но замеры сделаны, реакции записаны,коррективы внесены.

Так вот. То, против чего воссталинынче 59 украинских депутатов, экспериментом не является. В чем они увиделипроблему? Обратились в конституционный суд, просьбой признать неконституционнымположения статьи ст. 368-2 (незаконное обогащение) Уголовного кодекса Украины.Возглавил шествие депутат Верховной Рады Павел Пинзеник ("Народныйфронт"). Вообще, в списке просителей, НФ представлен широко.

Сомнительно, что найдется многотех, кто увидит в  этой акции желание депутатовдаже не восстановить законность (статья мягко говоря, не особо популярна вприговорах украинских судов) и нарушенные права невинно пострадавших украинскихчиновников. Которые есть основная «клиентура» данной диспозиции.

 Скорее, можно увидеть трезвость и реализм, скоторыми представители политических некоторых сил смотрят в свое политическоебудущее. Главной отличительной чертой которого является отсутствие депутатскогомандата, проистекающих из него личной неприкосновенности, защиты активов своих,семьи и друзей. (Наряду со справкой о невменяемости, мандат народного депутатана сегодня  относятся к самым эффективныминструментам защиты активов в Украине – прим. Авт.).

А еще можно увидеть оптимизм, ноне в отношении будущего конкретных народных избранников, и даже не в частивсего украинского «истеблишмента». Оптимизм касается процесса построения системыантикоррупционных органов. Полноценной, специализированный репрессивной машины(как бы странно позитивно это не звучало в данном контексте), финальный  этап строительства которой начался вместе свнесением Президентом Порошенко своей версии законопроекта об Антикоррупционномсуде.

Сегодня есть все основания полагать,что эта система пусть и не быстро, но будет достроена и запущена. Мировоесообщество без обиняков и реверансов объяснило свою позицию по данному вопросу.А чтоб позиция не показалась обычным дипломатическим ритуалом, инсталлировало вукраинский политикум шумную «будилку – напоминалку» – одного энергичного бывшегогрузинского президента.     

Запуск антикоррупционной системыбудет одним из важнейших событий в новейшей истории Украины, а может и во всейее истории. Но с разным знаком, для разных категории ее населения. Для тех,кого представляют указанные 59 просителей – это нечто вроде начала Апокалипсисаи Страшного суда (как бы удивительно радостно это не звучало в данном контексте).Да, можно предположить, что 59 – это далеко не все. Скорее число выбрано сиспользованием каббалы или Феншуя, на что еще надеяться? Это те, чьи судебныеперспективы выглядят наиболее печально, у кого нет за спиной «слепого траста»,реформаторского иммунитета, паспортов невыдающих государств и упомянутых вышесправок из психиатрической экспертизы.

Но вернемся к эксперименту. Нехотелось бы огорчать указанных товарищей, а также широкие чиновничьи массы, но положения об ответственности занезаконное обогащение, этими же массами опрометчиво (как и многие другие)  внесенные в уголовное законодательства, ужедавно не являются экспериментальными.

Вся аргументация относительно «обратнойсилы» и пр. на которых основывают свою правовую позицию просители, давноотработаны, все идеи для PR, которые сейчас будутпытаться реализовать, давно опробованы и отбиты.

То с чем с чем столкнулся сейчасукраинский «бомонд», в мировой практике носит аббревиатуру #UWO, расшифруется  как  unexplainedwealth orders. Устоявшего перевода с английского пока нет, речь идет о порядкевыяснения происхождения необъяснимых богатств. Помнится, Карл Маркс былкатегоричен по этому вопросу, утверждая, что: « В основе любого крупногосостояния лежит преступление». Нашлись желающие проверить эту гипотезу напрактике.

В 2009 году было принятонеобходимое законодательство и реализованы процедуры в самом отдаленном изаконопослушном уголке западной цивилизации – Австралии. Прошло без особыхсложностей, основные вопросы возникали в теоретической плоскости, относительновсе той же «обратной силы» и пр. С ними можно ознакомиться в открытом доступе. Результатыэксперимента понравились.

И вот с 1 января 2018 годавступает в силу закон «О криминальных финансах», утвержденный уже ЕеВеличеством  Королевой Великобритании.Его проект был подан еще в прошлом году, незадолго до победы на президентскихвыборах в США господина Трампа. Первыми всполошились российские олигархи,привычно рассматривавшие Лондон, как свой дачный поселок на старость.Великобритания, отчаливая от ЕС, закономерно решила проверить пассажиров и ихбагаж. Да и отступные ЕС не из королевской казны же платить.

При чем тут Трамп? Трамп уже со 2- го февраля 2018 года тоже начинает «стрижку». Пока в качестве основных «овец»названы российские прокремлевские олигархи, в отношении которых продлеваются    и устанавливаются новые санкции.

Великобритания и США – два основныхмировых «зонтика», обеспечивающих защиту активов, под которыми находятся всеосновные «оффшорные» юрисдикции, за передел которых сейчас развернулась война,названная для широких народных масс «деоффшоризация». Причем США упорностарается обойти Великобританию, игнорируя распространяющиеся по остальномумиру требования автоматического налогового обмена и борьбы с размыванием налоговойбазы.

Это к тому, что бежать российским, олигархам особо некуда. И вот уже  Владимир Путин милостиво дает согласие навыпуск специальных государственных ценных бумаг, купив которые, можно вернутьсвои деньги в РФ и спасти их от ужасного Трампа.

1 января, 2 февраля – счет идетна дни, аресты  украинских, и не только, активовпо всему миру начались. Вывод напрашивается  такой, что шансы на удовлетворениеКонституционным судом прошения 59 Народных депутатов стремятся к нулю.Инициатива эта идет не в тренде не внутренней украинской политики по борьбе скоррупцией, ни глобальным тенденциям в области мировых финансов, ни раскладу всфере «реальной» политики.

К тому же надо учесть, что судьиКонституционного суда – тоже государственные чиновники, и им также предстоитдоказывать происхождение своих unexplained wealth. И что международноесообщество давно и неоднозначно воспринимает само существование украинского Конституционногосуда, считая его не очень полезным учреждением, доказавшим свою уязвимость ккоррупционным соблазнам.