Как война трансформирует взаимоотношения бизнеса с властью и инвесторами?

Мы получили реальный шанс измениться!

Меня поймут предприниматели, которые хоть раз трансформировали бизнес, «причесывали» его под стандарты внешних кредиторов, инвесторов или в силу других обстоятельств. Зачастую мы не решаемся на большие перемены от хорошей жизни: нормально работает, денег хватает – пусть и дальше работает. Нужен внешний толчок: стимул, необходимость, кризис.

Война – это мега кризис. И при всем ужасе происходящего, он может стать таким же мега стимулом для качественных изменений на нескольких уровнях.

На уровне государства

В конце июня Европарламент поддержал предоставление Украине статуса кандидата в ЕС. Теперь нашей стране предстоит выполнить семь крайне важных условий, повторять которые здесь я не буду – о них много написали. Отмечу только, что выполнение каждого из перечисленных условий – это качественный, революционный скачок вперед для страны, для общества и для бизнеса. Какие бы хохмы не ходили в соцсетях по поводу того, что нашей продвинутой стране тоже стоило бы выдвинуть перечень требований к ЕС, нужно смотреть правде в глаза – нам в очередной раз указали на корень всех бед, которые мы переживаем с завидной регулярностью, и к которым внешний агрессор точно не имеет отношения. В частности, на коррупцию и несовершенную судебную систему, – факторы, которые извращают саму суть социального договора и правила построения и функционирования бизнеса в стране. Вкусный кофе и удобный украинский интернет-банкинг, которыми мы так гордимся, – это замечательно. Но под надстройкой есть фундамент, который нужно рихтовать. Ничего нового: да, процесс ускорился, но требования остались прежними. Работает главное правило – перед тем, как зайти на чужое поле, где чисто и красиво, подмети свои дорожки, подстриги газон, соответствуй. Иначе ты не вписываешься.

Если мы, наконец, впишемся в европейское сообщество (и порадуем его нашим вкусным кофе и интернет-банкингом), сама суть взаимоотношений власти с людьми, с бизнесом, поменяется до неузнаваемости. Ведь что такое государство?

Прежде всего люди, которые в нем живут, избирают депутатов, и, соответственно, должны с ними коммуницировать, спрашивать с них. У нас эта связь длительное время была нарушена. Мы считали власть отдельным государством, а они нас – отдельным. Никто никогда перед людьми не отчитывался, а это в корне неправильно. Допустим, у меня в городе есть улица, и она постоянно грязная, с потрескавшимся асфальтом, открытыми люками. При этом есть депутат, за которого я когда-то голосовал по моему участку. Что нужно сделать? Найти его телефон, позвонить и сказать: Иван Иванович, что за фигня? И донимать его до такой степени, чтобы он спать не мог, пока качественно не выполнит свою работу. Если каждый житель «возьмется» за своих депутатов, у последних голова будет болеть не о том, как порешать свои вопросы, а как быть эффективным на своем месте. Решение тех самых «своих вопросов» в итоге сводится к коррупции, а отсутствие страха перед недовольным избирателем – к ущербной судебной системе.

Война ускорила процесс. Я должен признать, что на уровне местной власти отношение к бизнесу меняется на глазах. За несколько месяцев войны меня пригласили поучаствовать в десяти разных конференциях, в том числе – по восстановлению нашего Чернигова. «Мы вам не можем предложить концепцию восстановления города! Это вы, как местные жители, предприниматели, представьте, что нужно сделать, и дайте нам свое виденье», – озвучили местные власти. Класс! Вот как должно быть, – подумал я. Риторика власти сейчас сильно меняется: власть начала поворачиваться к бизнесу лицом, здороваться, благодарить. Отмечу, что в данном случае я говорю о бизнесе, не связанным с государственным бюджетом или ресурсами. Там другая история. Нам же, «простым» предпринимателям, нужно не упустить этот момент, научиться строить коммуникацию по новым правилам, вернее, создавать их. Я в бизнесе всю жизнь, но у нас до сих пор не было цивилизованных правил коммуникации и взаимодействия с властью.

Для эффективного общения с властью тоже нужна какая-то система совместного принятия решений, обратной связи, корректировки решений власти со стороны бизнеса. Не все сразу: начиная с уровня местной власти, постепенно мы можем дойти до наивысшего уровня. Выполнение Украиной условий ЕС сильно ускорит эту качественную трансформацию.

На уровне бизнеса

Недавно выступал на встрече бизнес-сообщества в Киеве. Аудитория поинтересовалась, что думаю о будущем возможном притоке зарубежных инвестиций в страну, в том числе – в украинский бизнес? За тридцать лет в бизнесе я еще не видел такого, чтобы человек сидел, расслабившись, на диване, а ему принесли чемодан денег. Еще и сказали: на, возьми, отдавать не надо.

У нас есть иллюзорное идеалистическое восприятие инвестиций. Будто это какой-то кран, к которому ты подошел, и тебе налили. Для того, чтобы получить деньги, даже если ты в позиции жертвы, которой сочувствуют и которой хотят помочь, нужно потрудиться. Да, инвестиции наверняка будут – сегодня об этом много говорят. Но много ли украинских компаний действительно готовы к этим инвестициям? Я помню, каким был путь Pet Technologies к участию в программе кредитования ЕБРР. Реально нас готовили пять лет, нам даже дали профессиональных консультантов, которые помогли выстроить правильную структуру компании и бизнес-процессы, привести в порядок отчетность.  При этом, моя компания в то время была далеко не местечковой конторой, а серьезным предприятием с цивилизованными правилами и стандартами работы.

Спросите любого украинского собственника, каких сил, денег и усилия над собой (осознать, что ты не истина в последней инстанции) стоила ему подготовка к работе с инвесторами. Этот процесс быстро снимает розовые очки: мол, у меня такой классный и успешный бизнес, который всем нужен. На поверку же оказывается, что у тебя полный бардак в структуре активов, сотня ФОПов, на бумаге нет прибыли, а одни долги. Даже самые участливые инвесторы посмотрят на тебя с недоумением, сколько бы ты не распинался о том, что все у тебя хорошо, бизнес прибыльный и ты дважды в год летаешь на Мальдивы.

Я не сомневаюсь в том, что после нашей победы в Украину придут внешние инвестиции. Но, чтобы получить к ним доступ и воспользоваться этой возможностью, нужно будет хорошенько поработать над своим бизнесом. И он от этого только выиграет. Я помню, что в работу с ЕБРР включился не столько ради денег, сколько ради внутренних преобразований.

На личном уровне

Ну и, наконец, самые сложные и глубокие изменения происходят на личностном уровне. Осознание того, что можешь в один момент потерять все, построенное за долгие годы, обостряет чувство привязанности к своему детищу, родному городу и стране, в которой ты смог это создать. Следовательно – искреннее желание помочь, поучаствовать, поддерживать, наладить конструктивный диалог с властью, играть с ней в одной команде, и, конечно же, играть по правилам. Внутренняя трансформация – пожалуй, тема отдельной колонки. Но она о том же: о желании самому стать лучше на фоне большого кризиса – самого жесткого повода подмести свои дорожки.