Свободно конвертируемая мораль
В конце прошлого века по Европе стал бродить очередной призрак – призрак корпоративной социальной ответственности. Погремев костями на Стокгольмской конференции по проблемам защиты окружающей среды в 1972 году, из дверей Саммита Земли, прошедшего 1992 году
В конце прошлого века по Европе стал бродить очередной призрак – призрак корпоративной социальной ответственности. Погремев костями на Стокгольмской конференции по проблемам защиты окружающей среды в 1972 году, из дверей Саммита Земли, прошедшего 1992 году в Рио-де-Жанейро этот призрак вышел, наполненный плотью и кровью, воодушевленный историческим крахом советского лагеря в противостоянии Востока и Запада. И с тех пор он с каждым годом шагает все более уверенно по офисным коридорам и конференц-залам.
Сегодня уже не надо убеждать капитанов мирового бизнеса, что социальная справедливость и мораль тоже могут быть капитализированы. Отечественных бизнесменов, прошедших горнило первоначального накопления капитала в 90-е годы, этой простой истине научила сама жизнь. Они инстинктивно поняли, что в мире больших денег нельзя себя вести как мелкий эгоцентричный лавочник. И народ не поймет и перед западными инвесторами как-то неудобно, для которых еще, поди, знай, что важнее прибыль или принципы.
В 2014 году одним из социальных завоеваний произошедшей тогда революции стало то, что корпоративная социальная ответственность из инстинктивно понимаемой бизнес-практики перешла в разряд осознанной, официально поддержанной необходимости. Произнесенная на деловых переговорах аббревиатура «КСО» сразу превращала переговорщика в современного, по-европейски мыслящего делового партнера. А в 2016 году эта тенденция докатилась и до государственного сектора. Появился первый нефинансовый отчет государственного предприятия «НАЭК» «Энергоатом». В нем компания подробно рассказала, что хорошего она сделала для социума за отчетный период. Социум, в свою очередь, не остался в долгу. Уже за первое полугодие 2017-го чистая прибыль компании увеличилась почти в полтора раза с 1,12 млрд. грн. до 1,63 млрд. грн. Эти данные были опубликованы в уже финансовом отчете корпорации.
По проторенной дорожке пошел еще один государственный монополист ПАО «Укрзализныця». Правда, к этому вопросу железнодорожный перевозчик подошел системно и создал в своей структуре управления отдельный департамент по вопросам корпоративной социальной ответственности. Но интересно то, что эти структурные преобразования совпали по времени с выходом новой серии саги под названием «железнодорожный тариф». Усилиями главных действующих лиц: с одной стороны Укрзализныци, а с другой стороны – крупных грузоотправителей, в основном представителей горно-металлургического комплекса, эта скучная бухгалтерская тема за много лет превратилась почти в остросюжетный триллер. За развитием сюжетной линии с интересом следят люди бесконечно далекие от грузовых железнодорожных перевозок. Все это стало возможным благодаря тому, что стороны изначально предпочли выяснять свои отношения максимально публично. В то же время во многих других случаях такая деликатная тема как тариф, то есть цена за услуги, обсуждается в тиши кабинетов за плотно закрытыми дверями.
Еще одна особенность этого спора гигантов заключается в его социальном подтексте. В качестве аргументов, как в пользу повышения тарифов, так и в пользу его сохранения на прежнем уровне приводятся доводы о том, что это, дескать, соответствует интересам общества. Например, в марте прошлого года глава объединения предприятий «Металлургпром» Александр Каленков в своем открытом письме на имя тогдашнего Министра экономического развития и торговли Айвараса Абромявичуса пугал общественность не чем-нибудь, а падением налоговых поступлений в бюджет от компаний ГМК в случае повышения тарифа на 12%, как того просила ПАО «Укрзализныця». Складывалось впечатление, что владельцев горно-обогатительных комбинатов, приносящих им миллиардные прибыли, прежде всего, заботит наполнение государственного бюджета. Государство и деловое сообщество, конечно, понимало, что проблемы бюджета этих жирных котов интересуют в последнюю очередь, но к их аргументам прислушивались. Впрочем, тариф все-таки подняли сразу на 15% в апреле 2016-го. Однако мрачные прогнозы о катастрофическом сокращении рабочих мест в ГМК со всеми вытекающими социальными последствиями при этом не оправдались. Металлурги продолжили все так же плавить металл, и неплохо на этом зарабатывать. Так, согласно финансовому отчету крупнейшей в Украине горно-металлургической корпорации Метинвест за 2016 год отчетный период группа закончила с чистой прибылью 118 долларов США, в то время как, как в 2015-м она даже не смогла выйти в плюс. Более того, корпорация отчиталась об увеличении производства стали по итогам 2016 на 9%, и вообще об увеличении еще много чего.
В разделе отчета «затраты на дистрибуцию», в который обычно включается и транспортные расходы, тоже видим обнадеживающие цифры – снижение на 660 млн. долларов США. Читаем далее, что это результат удешевления морского фрахта из-за сокращения объема перевозок в Юго-Восточной Азии. А в следующем предложении – жалоба о том, что этот позитивный фактор частично нивелировался удорожанием услуг железнодорожного транспорта. Но все это не помешало Метинвесту продолжать тратить деньги на разнообразные социальные проекты в 2016 году. Из нефинансовой отчетности холдинга следует, что он в течение этого времени щедрой рукой раздавал крупные суммы на улучшение городской инфраструктуры, создание центров повышения квалификации кадров, развитие детского футбола, благоустройство парков и многое другое.
Но в этом сентябре, когда был запущен механизм очередного повышения тарифа, металлурги снова затянули свою старую песню, дескать, все это обернется социальным негативом. Но и Укрзализныця стоит на том, что повышать тариф нужно, в том числе и для того, чтобы избежать этого негатива. Наблюдая за этой противоречивой картиной, хочется повторить вслед за стариной Милтоном Фридманом – «социальная ответственность бизнеса – делать деньги».
- Увольнение с военной службы, родители - инвалиды Віра Тарасенко вчора о 20:04
- Інноваційна стійкість – запорука розвитку під час кризи Єгор Осадчук 31.01.2025 20:39
- Як штучний інтелект і дата-центри стимулюють глобальний попит на мідь Ксенія Оринчак 31.01.2025 10:37
- Спільна власність та спадкування: мрії та реальність у лабіринті правових зв'язків Світлана Приймак 31.01.2025 10:09
- Інтернет-реклама, що уникає бана. Але так буде не завжди Богдан Кашаник 30.01.2025 15:24
- Тренди українського фінтеху 2025: адаптація до викликів і нові можливості Сергій Сінченко 30.01.2025 15:08
- Як обрати правильного партнера для співпраці в рамках моделі Build-Operate-Transfer (BOT) Ніна Гузей 30.01.2025 14:21
- Освіта майбутнього: які революційні зміни потрібні Україні? Любов Шпак 30.01.2025 13:21
- Чому ми знаємо багато, але не діємо? Катерина Мілютенко 29.01.2025 22:23
- Економічні бульбашки: причини виникнення, характеристика та основні цикли Юрій Асадчев 29.01.2025 15:43
- "Нові" гарантії для бізнесу: чи зупинять вони безпідставні кримінальні провадження? Богдан Глядик 29.01.2025 15:16
- Українська міграція до Польщі: виклики, можливості та наслідки Сильвія Красонь-Копаніаж 29.01.2025 14:41
- Найбільший банк Нідерландів ING Group залишає росію після більш ніж 30-річної присутності Володимир Горковенко 29.01.2025 12:26
- Діти під прицілом Богдан Кашаник 28.01.2025 23:01
- Точний прогноз, що змінює все Наталія Качан 28.01.2025 21:10
- Точний прогноз, що змінює все 101
- Українська міграція до Польщі: виклики, можливості та наслідки 81
- Скасування Господарського кодексу України: необхідність чи передчасність? 80
- Модна усмішка: Як сучасна ортодонтія змінює стандарти краси 74
- Встановлення опіки над майном зниклої безвісти особи: що змінилося? 74
-
Тюрма за допомогу? Хто і чому блокує підтримку України в ЄС – перелік країн
2371
-
В Україні не вистачає сховищ для 1 млн тонн картоплі, це дестабілізує ринок
Бізнес 2147
-
Тисяча і одна проблема. Як амбітний проєкт міста Неом опинився на межі закриття
Технології 1678
-
Бізнес-тиждень: Ахметов завезе кокс зі США, Київстар купує таксі, де мобілізованим платять більше
Бізнес 1661
-
Молдовагаз замінила Газпром у Придністров'ї: першу партію газу вже доставили
Бізнес 1284