"Прежде чем объединяться, нам нужно решительно размежеваться"

Размежеваться – слово сейчас почти не употребляемое. Это значит разделиться межами, границами, чтобы тебя с другими не путали. На фоне переговоров и уступок эта давно наметившая в протестном движении тенденция стала как-то по-особенному заметна.Такое впечатление, что межуются все и от всех. Умеренные от радикалов, обвиняя их в экстремизме. Радикалы от умеренных, обвиняя их в половинчатости и трусости. Все вместе от оппозиции, обвиняя ее в предательстве. Каждый мало-мальски известный депутат стремится обозначить оригинальность своей позиции и ее особенную близость к позиции народа. Масса созданных на Майдане и вокруг него советов и органов обзывают друг друга провокаторами. Почти каждый лидер общественной организации мнит себя полевым командиром. А такие как «Правый сектор» или «Спільна справа» вообще подчиняются только сами себе и делают то, что считают для себя нужным.

Парламентская оппозиция не то, что не контролирует Майдан, но даже уже не может этот контроль имитировать.

Такая ситуация оппозицию, разумеется, не устраивает. Но, что может показаться забавным, не устраивает это и власть. Уж лучше шумная, но в целом безобидная «оппо», чем неадекватные радикалы, например, из «Правого сектора». И ладно бы был хотя бы какой-то коллегиальный орган, легитимность которого признавал бы весь Майдан. Так ведь нету. И с кем в таком случае договариваться?

Так что вероятно в ближайшее время оппозиции будет предоставлен карт-бланш на наведение внутреннего порядка. Разумеется, не безвозмездно. Один за другим, все не признающие ведущую роль парламентской оппозиции в протестном движении, будут объявлены провокаторами и с Майдана выдворены. Возможно, что и силой. Ведущую роль в этой своеобразной зачистке будет играть «Свобода», как обладающая, в первую очередь, необходимым кадровым ресурсом. К тому же свободовцы, чтобы не возникало моральных дилемм, легко могут опереться на исторический опыт своих предшественников. Так, в начале войны бандеровское крыло ОУН практически ликвидировало своих конкурентов в повстанческом движении. Отряды «мельниковцев» или «Плесской сечи» Боровца окружались и разоружались, а в случае сопротивления уничтожались без всяких колебаний.

В революции не может быть морально-этических или правовых критериев. Единственный возможный критерий – эффективность. Это понимали большевики, и у них получилось. Это понимали и бандеровцы, но им не повезло с историческими обстоятельствами. А что думают по этому поводу лидеры сегодняшней революции – мы, думаю, увидим в самое ближайшее время.