Авторські блоги та коментарі до них відображають виключно точку зору їхніх авторів. Редакція ЛІГА.net може не поділяти думку авторів блогів.
17.06.2023 18:44

Как взрастить творческого специалиста. Блогерские фацеции (codycross)

Доктор технічних наук, професор

"Фацеция" (укр. “уподобайка”) - небольшой шуточный рассказ, весёлый анекдот, в котором идёт речь о каком-нибудь забавном приключении, смешной выходке, приводятся ...

Википедия –“Фацеция" (укр. “уподобайка”)- небольшой шуточный рассказ , весёлый анекдот , в котором идёт речь о каком-нибудь забавном приключении, смешной выходке, приводятся остроумные ответы и решения различных казусов, подвергаются осмеянию различные недостатки ...

                                                                                                      (вместо эпиграфа)

Ну мало читателей у моих серьезных научных блогерских статей, к примеру,  о войне интеллектов,  кадровом кризисе,  креативном  развитии  молодежи, возрождении и устойчивом развитии страны.  Вместо  этого китайским Тик Током  увлекаются.  Только пользы от  китайского эпистолярного жанра маловато.  Попробую  и я  с  тиктоковцами  посоревноваться – не все ж  писать  о тоске зеленой  в моей   инженерии и науке. 

Codecross (уподобайка) 1.  Из Лодзинской барахолки в директоры  завода.

Был у меня  как-то в аспирантах хороший парень – толковый,  умный, добрый. Назову его А.С. Только что-то не клеились у него дела с диссертацией. Бывает…  Хотел его как-то взбодрить, пригласил  поехать со мной в командировку в Польшу. Работали мы тогда с Лодзинской  Политехникой.  О заводе и науке не буду. Я о  другом. Просыпаюсь на  2-й день, как обычно, в 6 утра – койка аспиранта  пустая. Удивился, мало ли что, суббота была. Обычно в выходные в зарубежных поездках иду на местный рынок, с колоритом населения там хорошо знакомиться. Одесский Привоз тому пример. Рынок, как рынок. Да только в его центре в небольшом людском водовороте вдруг увидел своего аспиранта – он был неузнаваем. Глаза сверкали, рот до ушей, что–то  кричал на неизвестном мне языке. Люди вокруг него горячо его поддерживали, тоже что-то кричали. Не стал  вмешиваться. В обед строго спросил у А.С., в чем дело. Ты, мол, нашу страну представляешь, Не забыл? Рассмеялся он. Сказал, что никаких секретов он на базаре не продал, да и нет у него их пока. А вот что-то  ему крайне нужно купить из польских товаров, в магазине таких товаров у нас в Украине пока не было. Вот и пошел на рынок, да только стипендия у аспиранта  была тогда  гораздо меньше, чем сейчас. Решил организовать размен на какую-то его безделушку, стоимость которой была на порядок меньше, чем стоимость нужного ему   польского изделия. Решил проявить украинскую смекалку и организовать ряд последовательных  обменов товарами с поляками с выходом  на нужное ему изделие. Повезло ему, попал в точку. Задумался я – ведь, талант у парня, а он занимается наукой, которая ему в голову не лезет.   А, ведь мой отец, талантливый педагог, директор первой в Днепре политехнической школы в самом хулиганском районе города, учил меня, что главное в обучении – найти для ученика увлекательное для него дело и профессию. До сих пор иногда звонят мне его бывшие ученики, просят помочь найти его могилу.  

Парень недолго раздумывал, послушался меня, ушел на  крупный завод рядовым инженером. А через пару лет был я на этом заводе на совещании у главного инженера по одной экологической проблеме. В совещании участвовал мой бывший аспирант, ставший уже коммерческим директором этого предприятия. А завод и сейчас  остался одним из немногих работающих предприятий в городе, думаю, не без заслуги моего бывшего аспиранта, по слухам, замечательного  специалиста.    

Codecross (уподобайка) 2. Как мы немцев победили.

Был до войны у нас в Украине в г. Шостка прекрасный завод химических реактивов (ШЗХР). Мы заводских специалистов называли “шизохрениками”. Называли так, шутя, потому что ребята там были замечательные, особенно потому, что все наши самые сумасбродные идеи совместно с нами проверяли и очень часто даже внедряли. Это раньше  до рыночной экономики, в которой сейчас работают наши предприятия, так  говорили, а сейчас говорят красиво “коммерциализировали”.

Так вот. Немецкий концерн BASF, тогда и сейчас один из самых больших в мире, придумал и продал нашей стране технологию получения  одного так называемого апротонного растворителя, крайне необходимого для производств полупроводников, и волоконной оптики. Только очень  большое было производство и  очень энергоемкое. А продукции – с гулькин нос.  Да еще крышка с одного реактора в конце каждого месяца срывалась и вместе с оборванными болтами летела на соседний цех, попадая в одно и то же место, которое огородили и повесили табличку   “здесь не ходить, падает крышка  аппарата 35 весом 1 тн.”  Попросили  нас  разобраться со злополучной крышкой. Предложили   спроектировать  специальные  титановые болты, которые бы  выдерживали и не разрывались. Мы посмеялись и спросили, понравится  ли им, если при такой замене на соседнее здание полетит не крышка,  а весь аппарат в сборе.  Забраковали мы идею “шизохреников”. Стали разбираться.

Оказалось, что все дело в премии, которую почему-то тогда регулярно платили в конце каждого месяца. платили в случае перевыполнения плана. Аппаратчики премию получать любили.  Пускали увеличенные количества реагентов. Реакция   была с выделением большого количества тепла. Площади охлаждения  в реакторе не хватало. Реакционная смесь закипала. Давление  в аппарате повышалось  и злополучную крышку срывало.  Задачу  решили просто. Стали подавать исходный реагент не в виде жидкости, а уже в виде пара, да еще и по трубе строго рассчитанного диаметра, так, что больше , чем можно,  не подать даже ради премии. Полеты крышки закончились на этом. Простая история. Мы даже  денег за работу с заводчан не взяли.

Да вот там же рядом был  другой цех, где была установка получения 1,4 – диоксана (не путайте с диоксином – это другой продукт) – тоже нужного  для страны продукта и опять той же  немецкой фирмы BASF.  Эта история оказалась гораздо интересней.  В реакторе из диэтиленгликоля при высокой температуре получался этот целевой продукт, а в качестве катализатора использовали концентрированную серную кисоту. Реакция простая, да выход целевого продукта был чрезвычайно низким, примерно 20 – 30 %. Как мы выяснили у себя,    выход был на самом  деле почти 100 %, да только  при воздействии той же кислоты  продукт осмолялся в зоне реакции и  примерно  раз в 2 недели реактор забивался   смолой. Процесс останавливали, реактор разбирали, мешалку с налипшим блоком смолы вывозили на  городскую свалку  и обжигали. Дым от  смолы с капельками оставшейся серной кислоты  застилал весь замечательный город Шостку. Горожане чертыхались и покупали новую одежду, так как серная кислота  на старой прожигала много мелких дырочек. Короче,  производство остановили.  Дирекция  вызвала спасителей, т.е. нас и попросила спроектировать срочно  печку для обжига  этой  мешалки со смолой.  Договор заключили (это  важно  для дальнейшего). 

Но мы задумали вновь посоревноваться с немцами. А нельзя ли  подобрать  какой-то другой катализатор, который бы не  осмолял готовый продукт. Позвали химиков. Деньги им дали, сказали, дерзайте. Через   пол-года  они вернулись, развели руками. Ничего у них не вышло. Стали думать сами.

Работал у меня тогда один уже кандидат наук, но специалист по мылу. Подключил его. Он сначала брыкался, а потом проникся. Особенно, когда мы включили мозги всей Отраслевой лаборатории, была тогда такая при кафедре, и провели несколько мозговых штурмов до полуночи с руганью и спорами молодых ученых. И, ведь, нашли решение.  Не искать новый катализатор, а просто выводить продукт мз реактора  готовый продукт очень быстро, так, чтобы он не успевал осмоляться.  Все вышло в лаборатории замечательно, только для отвода использовали  барботирование и отдувку и реактора  азотом. А он – очень дорогой. Стали искать замену. Оказалось, что в конце технологии в процессе используют бензол. А его пары прекрасно заменяют азот.  А нам осталось только перенести  его ввод в  основной  реактор (всего метра 2 трубы).  Пошутили мы вместе с главным инженером завода, перенесли ввод  бензола  буквально за пару часов  в основной реактор незаметно, правда, в регламент вписали, да кто его  тогда читал.  Пустили.  После этого  реактор НИКОГДА  не забивался смолой, а выход был около 100%.

Вот только  заводчане и над нами подшутили – не оплатили нашу работу и посмеялись – печку – то для сжигания смолы, мол, вы не построили, и денег поэтому  выплатить за несделанную работу  невозможно. Впрочем, премией все же компенсировали. И   аспиранты  получили патенты, статьи, тематику. И, главное, стимул, интерес к  работе в области науки.

Codecross (уподобайка) 3. От шлепков  армянскому ребенку к противораковому препарату.

Работали  мы  в Латвии. Хорошие там химики в городе Олайне  – спутнике Риги. Тем у нас  было много.  Расскажу об одной, интересной  для рассматриваемой тематики.  Это было купленное по-моему у шведов  производство одного из первых препаратов для  лечения онкологических заболеваний.   Но реактор был один, а пациентов в стране было много.  Попросили нас максимально  увеличить производство.  Продукт призводили по биотехнологии в красивом блестящем полированном реакторе.  Мы с аспирантом Е,Б,  с энтузиазмом взялись, самоуверенно   были уверены в успехе, когда заменили на  высокоскоростные редуктор и электромотор.  Процесс, мол, простой,  будем быстрее вращать жидкую реакционную массу и больше подавать  внутрь  аппарата  воздуха для дыхания микроорганизмов.   Пустили  реконструированный аппарат,  сказали, чтобы вызывали  оркестр для торжества   выгрузки первуй партии продукта.  Горю нашему не было предела, когда   готового продукта в аппарате не оказалось – все микроорганизмы не стали почему-то размножаться  и пить  сырье – прекрасный сахарный сироп,  а просто  умерли.  Главнй інженер пообещал  через суд взыскать с нас примерно миллион  долларов  за  исходный биореагент – микроорганизмы из Швеции), если мы не исправим положение. Стали думать. Но никакие мозговые штурмы ьсо студентами и аспирантами  не помогли. Бессонные ночи тоже.  Решил поехать на консультацию к прекрасному биохимику, директору Ереванского института биохимии Академии наук  академику с необычной фамилией Африкяну Эрику Гегамовичу. Встреча состоялась  не  в кабинете, а около первого в стране цветомузыкального фонтана в Ереване.  Рассказал коллеге о моем горе.  Он долго думал, а потом  сказал то, что я должен был бы  и сам сообразить.  Он сказал “они же живые”. Кто они – спросил я.  Микроорганизмы – ответил Э.Г.  Ты увеличил число оборотов мешалки  в 2 раза и подводимую мощность тоже, а, значит,  разрывные усилия в  теле микрооранизмов  увеличились в несколько раз. Ты разорвал их. Ты преступник. Убийца.  Я только успел подумать:  хорошо, что  я не взял с собой в Ереван аспиранта.

В этом время раздался резкий женский крик. Мальчик лет 3  побежал прямо к  фонтану, женщина успела догнать его и отшлепала, а мальчишка заливался смехом вовсю. Э,Г, улыбнулся и сказал – “Вот видишь, его бьют, а ему приятно, и он смеется. Потому что бьют несильно и по нужному месту”.  А ты что натворил. Все наоборот.

 Поблагодарил я академика  за науку  и пошел восвояси  на стоянку автобуса  в аэропорт.

Но  дальше случилось неожиданное . Уже в самолете, грустно глядя в оконо, обратил внимание, что перед взлетом лопасти на винтах турбин (тогда еще в Днепр летали турбовинтовые самолеты) зачеп-то по очереди стали  поворачиваться туда – сюда. Что-то мелькнуло   в голове. Позвал механика, он любезно пояснил, что лопасти поворачиваются под. разным углом при влете или посадке в соответствии с длиной тормозного пути.  По дороге укрепилась у меня мысль, что то же самое надо сделать в злополучном реакторе – организовать  циклическимй  поворот лопастей при их вращении. Ждал меня в Днепре  погрустневший аспірант – у него заканчивался срок обучения в аспирантуре.  Моя, частично спровоцированная армянским ученым идея (так часто бывает в науке) , ему  понравилась. Но он уже  многому научился в аспирантуре, он сразу предложил с теми же колебаниями. только встречными вводить  вращающийся по кругу  навстречу потоку жидкости  поток воздуха.  Дальше уже он все делал сам. Поехал в аеропорт, выпросил за  небольшую мзду привод поворота лопатей от списанного двигателя,  полетел в Ригу, все смонтировал. Затем пуск,  радость латышей.Прекрасные результаты.  Короче, все кончилось нормально. Аспирант  очень быстро защитился и, к сожалению,  уехал  к родителям. Но, уверен, он  стал отличным специалистом, потому, что это была работа, соответствовавшая его призванию  и способностям.

Codecross (уподобайка) 4. Приоткроем ящик Пандоры. Кофе по-профессорски.

По предложенной мною методике изобретательства, подробно описанной в http://invest.ho.ua/Txt/algorithm.pdf, первый этап работы – это системный анализ, декомпозиция объекта (существующего или еще только созидаемого), определение лимитирующего уровня для этого объекта. Вообще-то начинать работу нужно с формулирования задачи работы. Для относительно крупных объектов задачу следует формулировать, исходя из Концепции устойчивого развития (КУР), принятой практически всеми странами мира (Украина, к сожалению, так и не сформулировала Национальную Концепцию устойчивого развития, а, следовательно, и национальную идею ). Использование КУР приводит к формулированию крупных масштабных задач в виде программ, дорожных карт. Тогда приходится каждую позицию таких программ рассматривать как отдельную задачу и находить пути ее решения автономно. Затем как-то искать с помощью сравнительно новой науки “синергетики” вопросы интегрирования решений подзадач, чтобы соблюдался принцип, отраженный  в  предложенном мною законе гармонизации этих решений. Но, давайте вернемся к этому этапу работы, когда освоим всю методику и сможем сознательно выполнить этот, видимо, наиболее сложный и ответственный этап работы. Итак, пропустим Концепцию устойчивого развития и ее использование для конкретизации цели поиска решения. Дальше попробую использовать в изложении не те, часто применяемые приемы тренинга, при использовании которых менторски излагают что-то в виде набора каких-то невесть откуда появившихся операций, заставляя включаться механизм памяти у слушателей и читателей (ярким примером такого подхода были не так давно нашумевшие книги Дейла Карнеги). По мне, гораздо удачнее механизм так называемого “коучинга”. Коучинг (англ. coaching) — метод консалтинга и тренинга, в процессе которого человек, называющийся «коуч», помогает обучающемуся достичь некой жизненной или профессиональной цели. В отличие от менторства, коучинг сфокусирован на достижении чётко определённых целей вместо общего развития. Вот, только слово “вместо” в этом определении, позаимствованном мною из Википедии, неуместно, поскольку именно при коучинге достигается то общее развитие обучаемого, которое невозможно достичь включением только механизмов памяти, зубрежки кем-то предложенных решений.

 Остановимся на использовании системного анализа для проведения декомпозиции объекта нашего творчества. Возможны два случая. Когда объекта еще нет – и здесь простор для полета мысли и поиска конкретных направлений работы, и когда решение уже есть, оно общепризнанно, но, нуждается в совершенствовании. Второй случай, конечно, самый трудный. Попробуем начать именно с него. Поэтому рассмотрим возможности предлагаемой методики изобретательства, используя приемы коучинга, на, вероятно самом известном объекте, совершенствовавшемся сотни лет - приготовлении кофейного напитка. Нет-нет, не из растворимого кофе для самых ленивых, а из молотых кофейных зерен (их названия и происхождения  не будем касаться ). Вариантов этого процесса человечество придумало достаточно много. Остановимся на самом отработанном. Удобно сразу рассмотреть цепочку технологических стадий процесса. Чтобы читателю не было слишком скучно, расскажу о том, почему я остановился именно на этом процессе.

Работали мы как-то вместе с Армянским филиалом одного из самых крупных союзных химических институтов. Обратил внимание на то, что примерно в 11-00 химики прекращали работу и начинали ходить по лабораториям, сосредоточенно вращая в руках ручки каких-то машинок. Как оказалось, это были небольшие мельницы для зерен кофе. Удивившись количеству блуждающих с мельницами химиков, спросил, зачем так много вас? Почему нельзя помолоть кофе на одной мельнице с размером побольше сразу для всех. Посмотрели на меня с недоумением. Кое-кто даже покрутил пальцем у виска. Объяснили, что у каждого кофемана свой секрет и своя машинка для помола зерен. У одних, мол, зерна в кофемолке раздавливаются, у других – раскалываются, у третьих – растираются и т.д. И, мол, от этого сильно зависит качество напитка. Подумал, неужто повезло, и я наткнулся сразу на главный лимитирующий уровень процесса. Но для себя решил, что, если и так, то это не самый важный, самый главный, самый лимитирующий уровень. В самом деле, все блуждающие химики, в конце концов, получают порошок с крупинками примерно одного размера, и это, мол, главное. А потом включилась подкорка и вспомнил работы великолепного эстонского ученого Хинта, к сожалению, погибшего в тюрьме, который показал, что в случае использования для многих процессов с мелкой твердой фазой очень важны не только размер частиц, но и их форма, определяемая методом измельчения. Вспомнил, что при раскалывании сырьевых кусочков получаются более мелкие частицы угловатой формы с острыми выступами и что при этом не нарушается кристаллическая решетка материала, а на выступах в материале концентрируются напряжения. Спросил у блуждающих химиков, при каком помоле кофейный напиток получается более крепким. Ответили, когда мельница раскалывает зерно. В остальных случаях зерно заоваливается, как бы шлифуется, устья пор и капилляров закрываются, активные центры на выступах исчезают. “Мертвыми” получаются кофейные частички. И кофе из них выходит неароматным, неживым. Разобрались. Хинт был прав. Надо использовать именно такой способ помола. И мы остановимся на этом месте, и больше не будем касаться вопросов помола, хотя блуждающие армянские химики только помогли разобраться, но сами к этому выводу так придти и не смогли.

Но, ведь это только начало декомпозиции объекта. Дальше начинается главная стадия – варка напитка. Все химики варили его в турках. Одни – просто на электропечках, вторые – на песчаной бане, третьи – на масляной. Но – все варили в медных турках (наверное, чтобы температура была в турке равномерной) с расширяющейся горловиной. Как я понял, чтобы пена разрушалась и, по возможности, не полностью, дабы аромат напитка сохранить. Варили довольно долго, по мне, несколько минут. Подумал, зачем так долго. Ведь, кофеин и другие компоненты экстрагируются при высокой температуре достаточно быстро. Может, здесь собака зарыта? Может, здесь и нашли мы лимитирующую стадию всего процесса, ибо цепочка операций: 1. прожарка зерен кофе (проводится другими чародеями где-то в другом месте), 2. измельчение зерен, 3. варка напитка и 4. отфильтровывание осадка - явно склоняла к мысли, что надо разбираться с 3 стадией. Что-то подсказывает интуиция (а инженерная интуиция – очень важная составляющая процесса поиска лимитирующего уровня и подбора путей решения задач оптимизации), что именно эта 3 стадия многое определяет во всем процессе приготовления кофейного напитка. Именно на стадии варки экстрагент проникает в капилляры и тогда в него переходят, правильнее, экстрагируются кофеин и другие извлекаемые компоненты не только с поверхности зерен кофе, но и с внутренней поверхности пор и капилляров из глубинных слоев частиц. И последнее оказывается гораздо важнее, поскольку эти внутренние поверхности огромны, на 2-3 порядка больше наружных. Рассмотрим процесс, протекающий в каждом капилляре. В капиллярах кофейных зернышек всегда есть воздух и, пока он там, экстрагент, каким бы он не был, не может их заполнить. Оказывается, здесь происходит не один, а сразу два противоположно направленных, взаимообусловленных процесса – молекулярная диффузия из капилляров воздуха в окружающую частицы кофе жидкость (экстрагент) и заполнение экстрагентом объема капилляра, ранее занимаемого воздухом. Первый процесс (диффузия) в тысячи раз медленнее второго (за счет совместного действия перепада давления снаружи и внутри капилляра и капиллярных сил смачивания). Итак, на лимитирующем уровне обнаружилась пара взаимообусловленных контраверсийных процессов, которые надо бы призвать к порядку, успокоить, примирить, сблизить, сбалансировать, гармонизировать. Последний термин, по мне, наиболее подходит к сути дальнейших действий при поиске решений. Не стоит трогать второй процесс – он и так достаточно быстрый, нужно максимально ускорить первый процесс – диффузию воздуха. Порылся в памяти. Вспомнил о, к сожалению ушедшем от нас, доценте Д.С.Ковальчуке, который проводил процесс экстрагирования кофе в магнитном поле и получил некоторое (на 10-15 %) ускорение процесса, вспомнил об итальянских аппаратах, где прогоняли через молотые зерна кофе кипящую воду. Красиво, приятное шипение, но эффект тоже от этого незначительный. И еще вспомнил о существовании в нашем городе специализированного кафе “Цікавий кофе”, владелец которого так и не смог объяснить мне, в чем интересность его кофе. И все. Немного порылся в патентной и другой информации (хотя, учу студентов, что злоупотреблять поиском нельзя – теряется новизна проблемы и сковывается процесс генерирования новых идей). Не нашел принципиально новых решений. Подтвердил для себя вывод о том, что эта стадия технологии приготовления кофейного напитка является определяющей, лимитирующей, по крайней мере, согласно предложенному алгоритму изобретательства, и стал разбираться в кинетике этой стадии процесса. Не моей была идея - удалить воздух из капилляров принудительно и сделать эту операцию одной из стадий процесса. Ясно, что это процесс молекулярной диффузии воздуха в жидкость вокруг частичек кофе через устья капилляров. Не будем о законе Фика, о малой скорости процесса и т.д. Скажу только, что удалить воздух из капилляров – очень тяжело и зачастую небезопасно. А еще и дорого, если использовать для этого вакуумную технику.

Все было бы замечательно, если бы мы сразу придумали, как процесс удаления воздуха провести быстро, недорого, без дополнительного оборудования. Студенты  что только не предлагают - и нагревать зерна, и выжигать кислород (а с инертным азотом что делать, он не горит), и в центрифуге крупинки крутить (тут уж совсем грустить начинаешь). Видимо, мы пошли неправильным путем. Нужно найти в себе силы, признать это и использовать еще один прием методики - вовремя признавать ошибки. Эти мучения во многих случаях позволяют вплотную приблизиться к правильному решению. В данном случае студенты чаще всего находят его. А секрет оказался совсем простым. Нет, не нужно отказываться от использования двух быстрых стадий взамен одной медленной. Нужно, всего - навсего, использовать другой прием – не “удалить воздух”, а “заменить воздух” каким-то быстро исчезающим газом. Ну, вот скажете, опять лапшу на уши вешает. Да еще и про синергетику что-то рассказывает. Оказывается,  стадии хорошо бы объединить синергетически. Поймут меня только бизнесмены, неважно, малые, средние или крупные. Все они раньше ученых освоили новую науку – синергетику, особенно один из ее приемов - слияние или поглощение предприятий, если бизнес идет у них плохо. Хорошо, когда сливают воедино неудачников, хуже, когда один из неудачников поглощает другого. Но и в том, и в другом случае синергетика не подводит и слившиеся в экстазе предприятия вместе выползают из ямы. Вот так и у нас - сливаются два отдельных процесса - освобождение капилляров от воздуха и заполнение освободившегося объема экстрагентом. Чистейшая синергетика. Да, рано радоваться! Мы же так и не конкретизировали первый процесс. Каким таким быстро исчезающим потом газом вытеснять воздух из капилляров. Студенты народ грамотный. Сразу сказали - зачем мудрить, выгоним воздух аммиаком. Спросил, а что потом делать с аммиаком в капиллярах. Тоже сказали - загоним в капилляры хлористый водород. Он моментально свяжет аммиак в хлористый аммоний, а последний сразу, мгновенно растворится в экстрагенте. И получится в капиллярах вакуум без всякого вакуумного насоса, а вакуум сразу заставит экстрагент заполнить свободный объем. Вот, мол, тебе и вся синергетика. Пришлось спросить, хотят ли они, чтобы на их кухне появились баллоны с аммиаком, хлористый водород, чтобы кофе попахивал всей этой химией (студенты пошутили, дамы в обморок падать не будут, впрочем, они у нас теперь крепкие стали, нашатырный спирт им теперь не требуется). И тогда я предлагаю воспользоваться еще одним правилом – уметь вовремя отказаться от достигнутого и начинать искать что-то новое. Тогда я рассказал им, и читателям, может, интересно, еще об одном правиле этой методики изобретательства – у вас все есть, новые компоненты вводятся в систему в самом крайнем случае, когда уже все перепроверено. Перебрали ребята все – есть в системе молотый кофе, воздух, вода. Говорят, не годится ваше предложение. Давайте вообще откажемся от этого варианта. Сказал им и читателям говорю – рано. Есть подсказка. Упросили ребята, сказал. Два слова “агрегатное состояние”. Самый шустрый парень аж закричал – как же мы забыли, у нас же есть вода в виде пара! Дальше было легче. Все загорелись идеей отдувки воздуха из капилляров паром. Спросил я их – не повторяем ли мы итальянские кофейные машины, их в кафе ставят, вроде “экспрессо” называются, где пропускают через зерна кофе кипящую воду - экстрагент . Ребята коллективно защитили уже “свое” решение – мол кипяток , тем более с пузырьками в капилляры не полезет, пузырьки имеют размер больше, чем устья капилляров, не пустят. Ну что, сказал я студентам, будет проверять наше гениальное решение. На практических занятиях взяли бытовой генератор пара, сняли устройство на конце шланга, подключили шланг напрямую к кофеварке ниже многодырчатой перегородки, образующей выше нее камеру для засыпания молотого кофе, и начали всех пугать шипением пара. Все получилось здорово, когда после пары минут шипения ребята плюхнули в кофейную машину их конструкции порцию холодной кипяченой воды. Как ребята поняли, зернышки кофе моментально остыли, находящийся в них пар моментально сконденсировался. Заставил при этом студентов подсчитать во сколько раз уменьшился объем пара при его конденсации. Сначала почему-то угадывали. Сказали в 2, 5, 10 раз. Обругал я их, сказал, чтобы пользовались отношением плотности воды к плотности пара. Обрадовались, сообщили, что примерно в 900 раз объем уменьшился. Но когда спросил их, а что случилось с остальным объемом, куда он девался из капилляров – не сразу сказали, что образовался в них очень глубокий вакуум, который и засосал экстрагент – холодную воду (между прочим, без всякого вакуумного насоса). Кстати, ребята услыхали (я не услыхал, старый потому что) характерный свист при конденсации водяного пара в капиллярах. Сварили по новой технологии прекрасный концентрированный (пришлось даже разбавлять его в 2 раза), ароматный кофе. Пили, наслаждались. Уверен, не знаю, как вы, а ребята запомнят все находки, найденные ими при решении этой задачи, на всю оставшуюся жизнь. И все же решил, еще немного пошутить над ними, для закрепления новых знаний. Поручил им собрать демонстрационную установку – компактную кофеварку новой идеологии и конструкции. Собрали в виде лабораторной стеклянной модели. Вместо бытового парогенератора взяли колбочку с ТЭНом, собрали кофеварку с пористой перегородкой и камерой для кофе и штуцерами подвода пара из колбочки, где кипела вода. Принесли на занятия. Включили и… ничего у них не вышло. Пробовали много раз, но кофе получался очень слабоконцентрированным. Сказал я им, что это явление наблюдается очень часто при изобретательстве и называется “генеральский эффект”. Всегда, мол, на любых военных учениях в присутствии генерала многое не получается, не клеится, хотя при подготовке к учениям все было нормально. Сказал, что ничего подсказывать не буду. Ищите, мол, сами причину неудачи, но помните еще одно правило этой методики, четвертое - “чудес не бывает”. Получилось раз, должно получаться и в дальнейшем. Интересно, а вы найдете причину неудачи? Успокою, в целом все у  вас получится, и результаты будут очень хорошими.

И последнее. Все написанное в этой статье, повторяет вывод из ряда моих последних статей в этом блоге о целесообразности использования для  образования, в особенности ученых и  креативныз специалистов для инновационного технологического бизнеса,  так называемое волонтерство. Только речь веду не о материальном, медицинском или подобном  волонтерстве, а об интеллектуальном волонтерстве, фактически коучинге.  Сейчас я и мои ученики сосредоточили работу в этом направлении в нашем Научно-образовательном портале  “Инновационный технологический бизнес” (www.invest.ho.ua), в котором есть почти все, написанное в  этом посте, только более подробно.  Пока портал работает совершенно бесплатно. Советую регистрироваться  уже сейчас, ибо портал быстро развивается и в ближайшее время станет международным. Уже сейчас большинство его страниц снабжено  украинско-англо-русским переводчиком. 

Відправити:
Якщо Ви помітили орфографічну помилку, виділіть її мишею і натисніть Ctrl+Enter.
Останні записи