Авторские блоги и комментарии к ним отображают исключительно точку зрения их авторов. Редакция ЛІГА.net может не разделять мнение авторов блогов.
26.09.2012 08:01

И вновь о синергетической реформе науки. Речь о НАНУ

Профессор Украинского государственного химико-технологического университета

Поговорим о том, как нашим мудрецам - академикам спастись самим и спасти страну, все с большей скоростью лишающуюся пресловутой стабильности ради погружения в пучину перманентного кризиса.

 

     Це все звичайно дуже цікаво, але ці ідеї мають бути трансформовані в закони, розпорядження кабміну, міністерства освіти і не тільки, потім пролобійовані і прийняті а потім довго і в муках реалізовані. Хто цим буде займатися?

Леонід

 Как и ожидал, мой пост “Синергетическая реформа высшей школы и науки Украины  не взорвал  Интернет, видимо, не до этого сейчас  измученной ожиданием перемен стране. И, все же, думаю, проблему, о которой я в статье написал, пока просто недооценили – именно в ней, а не в выборе  себе очередных политических идолов, и не в поиске  хорошей, умной, честной, доброй власти (я уже много раз писал о том, что любая власть омерзительна изначально, или очень быстро становится таковой, если не реализована власть над властью) - ключ к решению самых насущных проблем  выживания, а затем и возрождения Украины. И тут – бальзам на мои раны – появилась вдруг, казалось бы, совсем не во время, статья  академика, директора Института биологии клетки НАН Украины Андрея Сибирного в  «Зеркале недели. Украина» №32, 14 сентября 2012  Какая нам нужна наука?”. Понял, что не один страдаю от недопонимания, и решил все же  продолжить разговор о необходимости синергетических реформ нашей Академии наук, которой  пока уделил явно неоправданно мало внимания. Впрочем, уже больше года назад в одной из статей серии “Как реанимировать науку Украины в условиях рынка?” я пытался проанализировать возможности  использования нашей НАНУ для возрождения науки Украины. Академики, видимо, блоги не читают, не заинтересовались. Но, прошло время, многое изменилось в стране, да и в моем миропонимании, в частности, в области  возможностей реанимации украинской науки.

Признаю, что академик Патон – господь бог науки, и он, как человек, родившийся в 1918 году, до сих пор является нашим главным инноватором, без него академическая наука Украины попросту умрёт”.  Впервые готов подписаться под этим   утверждением нашего бизнес -  гуру Г.Балашова, только  без  того сарказма, который  пронизывает не только эту его фразу, но, в последнее время, все его  нетленные творения. Уж очень, видно, нелегко ему    по нынешним временам карабкаться в компанию к небожителям в Верховную Раду на одной идее об отмене всех и всяческих налогов. Ну да, бог с ним, с гуру,  зацикленным на этой шизофренической идее всеобщего обогащения за счет освобождения от выплаты налогов всех и вся (видимо, с него самого начиная),  о котором в памяти человечества, боюсь,  ничего, кроме приведенной выше его мысли  о настоящем боге науки Б.Е.Патоне, не останеся.  Поговорим лучше о  том, как нашим  мудрецам - академикам спастись самим и спасти  страну, все с большей скоростью  лишающуюся  пресловутой стабильности ради  погружения в пучину  перманентного кризиса.

Среди развалин когда-то могучей нашей страны, где удалось разрушить практически все, что можно было разрушить –  экономику,  образование, науку, медицину и т.д., Национальная Академия  наук Украины, которую как-то  не затронуло ни время, ни рынок, ни даже  наша вездесущая и всемогущая власть, смотрится каким-то странным  миражем.  Когда-то историки будут приводить ее в пример, как  яркую иллюстрацию  роли  выдающейся  личности в истории, и роль  Президента НАНУ, академика Патона Б.Е. в  выживании  НАНУ общеизвестна. Повышению  рейтинга  и выживаемости НАНУ,  несомненно, способствовало приобщение к ее деятельности первых  руководителей страны. Так, В.Ф.Янукович – не только академик Калифорнийской международной академии науки, образования, индустрии и искусств, действительный член Академии экономических наук Украины и член-корр.  Транспортной академии Украины, но также  и.о. члена Президиума НАНУ, В.М.Литвин - вице-президент НАНУ, академик правовых наук, Н.Я.Азаров  - член-корреспондент НАНУ. Может быть, именно в этом причина того, что НАНУ удалось сохранить до сих пор  практически всю свою инфраструктуру.

Академик Андрей Сибирный пишет, что  сейчас в  НАНУ работает 40 тыс. человек. Я нашел более полные данные об этой научной империи.  Если вы зайдете на сайт Национальной библиотеки Украины имени В.И. Вернадского,  на страницу «Научные организации Украины», то прочтете достаточно странную фразу:  «В Україні понад 200 наукових установ, з них у Національній Академії наук — 110, Академії медичних наук — 40, Українській академії аграрних наук — 30». Удивляет не только количество институтов, но и то, что у нас как бы практически нет другой науки, кроме академической. И других субъектов научного рынка главные библиотекари нашей страны не заметили. Это неудивительно, ибо еще с советских времен нас приучали к мысли о том, что вся наука страны — в ее столице, в академии, а все остальное – несерьезно. В то же время, напомню, что кроме НАНУ, в Украине имеется еще и несколько «легализованных» отраслевых академий — каждая с собственной инфраструктурой, своими научными институтами и предприятиями. А если учесть еще и огромное количество созданных на заре независимости страны общественных, негосударственных академий, можно прийти к совершенно неожиданному выводу: Украина должна быть  страной с высочайшим научным  потенциалом.

Но, вернемся все же к основной теме, к НАНУ.  Я посетил много стран, но нигде, кроме разве что России, не приходилось встречать столь мощные государственные научные корпорации, как наша НАНУ, являющаяся фактически «государством в государстве». Кроме приведенного выше количества научных учреждений в НАНУ (кстати, в других источниках я встретил и меньшее - 34 института, и большее число академических учреждений — 124 и даже… 170), к НАНУ относятся еще 202 различные организации, в том числе конструкторские бюро, научно-технические центры и технопарки, а также более сотни журналов. В академии работают не 40, а, точнее, 44  тыс. человек, в том числе 16 тыс. научных сотрудников, 170 академиков и 342 члена-корреспондента. Возможно, эти данные уже устарели, но порядок их вряд ли изменился. В то же время, в Академии наук Польши, например, близкой к Украине по численности населения, работает только 6 тыс. человек. Во французском Национальном центре научных исследований (CNRS) в полтора раза меньше — 30 тыс. человек, в том числе 11,6 тыс. научных сотрудников. А в большинстве,   гораздо более  развитых, чем наша, странах Национальных академий вообще нет, а наука есть и процветает.

Итак, НАНУ  сегодня обладает огромным, к сожалению только структурным, потенциалом (честь и слава академику  Б.Е.Патону, который сумел  все это сохранить, спасти,  не продав за копейки  или за центы,  почти не сдав в аренду рыночным акулам или олигархам). Его заслуга также в том, что спасен и кадровый потенциал,  по крайней мере, не по качеству, а по количеству, что также сегодня – большая редкость. Ну пусть в академии мало действующих академиков,  пусть  слишком велик средний возраст работающих в ней, пусть  умерло или находятся на грани умирания большинство научных школ, пусть  нет на подходе  интеллектуальной, пассионарной, креативной молодой научной поросли, но мы часто забываем о том, что с возрастом у большинства людей, для которых мозг является оружием труда, этот мозг не атрофируется, а  меняются его функции.  Уменьшаются креативные способности человека, но во сто крат растут его аналитические способности, реализуемые в мудрости  философа,  советника, эксперта.  К сожалению, у нас редко используют  этот, в общем – то естественный процесс. Только самые  умные и развитые  бизнесмены приглашают к себе на работу в качестве  советников, замов по науке и т.д.  научных корифеев,  мало их и во власти. Нет в НАНУ, по крайней мере,   активно функционирующих отраслевых или проблемных экспертных советов.  И  рынок инноваций  тоже работает без них. Представьте, сколько  предприимчивых горе – изобретателей очередных вечных двигателей остались бы ни с чем, если бы отбором работ для финансирования или, если хотите, инвестирования занимались не  ограниченные  “акулы бизнеса”  (вспомните  исчезнувшую телепередачу), а  академические интеллектуальные гуру, которые  мгновенно могут отличить  инновационный  алмаз от  пустого стеклышка. 

К сожалению, высокий в былом интеллектуальный потенциал НАНУ сегодня мало используется, и только для его консервирования используется  та половина  ”научного”  бюджета, которую власть выделяет  ежегодно НАНУ.  А базовое финансирование, как пишет академик А.Сибирный, предусматривает деньги “только на заработную плату и частично на коммунальные платежи. На материалы, реактивы и командировки средства практически не выделяются. Поэтому (???) в нашей стране финансирование науки в таком виде, как оно осуществляется, это просто напрасная трата государственных денег”. Уверен, что дело совсем не в реактивах и командировках, и  единственное, с чем я согласен в статье уважаемого академика, это с тем, что “даже многоразовое увеличение уровня финансирования науки не приведет к улучшению ее эффективности. Без кардинальных структурных реформ нечего надеяться на качественные изменения в научной сфере”.

По словам бывшего главы Комитета по науке и образованию Верховной Рады Владимира Полохало (недавно ушедшего от нас), “расходы на науку в 2010 году составляют 0,43% ВВП — это самый низкий показатель за последнее десятилетие и самый низкий показатель среди всех европейских стран”. А академик А.Сибирный сообщает, что ныне научно-техническую деятельность проводят в десятках министерств и ведомств, но около 50% бюджетного финансирования и сейчас получает НАНУ, остальные же 50% распределяются среди институтов отраслевых академий наук, учреждений Министерства образования и науки, молодежи и спорта, других министерств и ведомств. В абсолютных величинах общие расходы бюджета на науку составляют около  4 млрд. грн., или почти 1% от общего бюджета Украины. Для сравнения: Евросоюз рекомендует своим странам-членам выделять на развитие науки 1,7% национальных бюджетов, некоторые страны этот ориентир превышают (Германия выделяет 2,8%, Франция — 2,2% бюджета). Каждая страна Евросоюза может получить дополнительное финансирование из общего бюджета сообщества, а в нем расходы на науку составляют более 10%.

Не стоит забывать, что и значительная часть остальных "научных" денег не проходит мимо академии, ибо именно ей почему-то отведена роль главного распределителя финансирования всей, не только академической, науки. Я уже как-то писал, что знаю об этом не понаслышке и не из Интернета, ибо когда-то я, вузовский нестоличный профессор, видимо, по какому-то недосмотру академического функционера, выступал в роли руководителя целого научного направления, связанного с производством собственных химических продуктов взамен импортных. Задача моя заключалась, собственно, не в "руководстве", а в распределении очень незначительных (в масштабах страны) средств между участниками работ. Еще тогда я пытался понять, какие принципы положены в основу распределения средств между этим и другими научными направлениями (всего их было около десятка), почему финансовый поток, нацеленный именно на "мое" направление, был самым скудным и как сделать экспертизу и аудит по научным проектам более справедливыми и менее лоббистскими и т.п. Видимо, из-за излишнего любопытства моя "научно-финансовая" деятельность в НАНУ быстро завершилась, но уверен, что проблемы грамотного, справедливого, целесообразного распределения средств остались актуальными.

Когда речь идет о финансировании науки, всегда почему-то  вспоминают проблему - что было раньше - яйцо или курица.  Чаще всего приходят к странному выводу о том, что все же курица была раньше. Надо, мол,  поднять экономику, а потом уже  заниматься развитием и финансированием науки. К примеру, на  общем собрании Национальной академии наук Украины Премьер-министр Украины Николай Азаров как-то заявил что “государственное финансирование науки будет увеличиваться лишь в меру того, как экономика будет становиться на ноги, а что касается бизнеса, то научные работники еще должны убедить его, чтобы он увидел перспективы и выгоду от внедрения научных разработок”. То-есть, не наука  определяет  развитие экономики, а   финансирование науки  определяется  тем, как быстро эта экономика будет становиться на ноги.

К сожалению, дальше мне трудно согласиться с  уважаемым академиком А.Сибирным, который пишет, что «наша наука все еще вырабатывает товар (а таким товаром являются преимущественно научные публикации)”. Будем честными,  не  научные публикации являются  товаром, а  новые знания  и   научно- технические решения, на которых   основывается технологическое преобразование экономики в развитых странах, содержание которых только отражается  в  патентах,  статьях, книгах и других публикациях.  Поэтому никого, а сейчас уже и самих ученых в условиях рыночной экономики, не  интересуют критерии оценки уровня научных публикаций (все эти суммарные импакт-факторы, индивидуальный индекс цитирований и так называемый индекс Гирша). Все это очень напоминает  изыски  пресловутой  Болонской системы, добивающей нашу высшую школу.

И не стоит НАНУ уподобляться  нашей высшей школе с ее Болонской системой и сводить ее, эту реформу  к замене одних “импакт - факторов” другими и даже  создавать для этого “специальный комитет (или комиссию) при Кабмине, который будет проводить реформу научной сферы, в том числе подготовит соответствующую систему оценивания”.  А дальше уважаемый академик  предлагает совсем уже странные вещи и уважаемое ”Зеркало недели”  канализирует их обществу.  Оказывается “реформу научной сферы сама НАНУ или отдельно взятое министерство провести не сможет по многим причинам, поэтому это должно быть задачей правительства, а также законодательной власти”.  Неужели уважаемому академику и «ЗН вместе с ним неясно, что никто  не  реформирует НАНУ, кроме самой НАНУ, а  власть должна лишь  обеспечить  реформирование необходимыми  законами, опять же подготовленными  реформаторами.

И увеличивать Государственный бюджет на науку “хотя бы на четверть…с тенденцией к постепенному росту” не надо, а уж привязывать его к  злополучным ”импакт - факторам”  тем более. Все это не соответствует рыночным условиям нашей жизни и изменениям роли науки при этом.  Пора уже опуститься на землю, вспомнить о синергетике и понять, что  реформирование  НАНУ и, вообще,  науки  в нашей стране необходимо   проводить одновременно с технологическим преобразованием  экономики Украины и с реформой высшей школы,  о чем я писал уже в нескольких  последних публикациях, с которыми академики ознакомиться не хотят, они, ведь,  только ”ЗН  читают.

Рыночный механизм реформирования может выглядеть достаточно просто.  Академические институты, к счастью,  во-многих случаях соответствующие отраслевой структуре  нашей экономики, должны стать  идеологическими, научными, инновационными центрами, базой для образования кластеров по актуальным  направлениям реанимации и последующего развития нашей  экономики, соответствующим приходу в нащу жизнь новых укладов развития науки и технологий (хорошо бы, сразу шестому, но это, к сожалению, пока малореально). В эти кластеры должны интегрироваться  соответствующие  университеты (а  академики станут тогда одновременно преподавателями вузов, а пустые академические лаборатории наполняся студентами, а  совсем пустые вузовские лаборатории – молодыми  академическими птенцами),   работающие в близких по  тематике  кластера направлениям предприятия, финансовые организации, инвесторы. Роль власти  должна сводиться  к отбору, конечно, с использованием  самых мудрых экспертов академии, наиболее  важных  направлений и конкретных проектов для создания  кластеров, лоббирования соответствующего законодательного творчества и, наконец, к финансированию из бюджета, если это требуется,  кластеров, а не  НАНУ в целом. Что касается тех институтов НАНУ,  научное творчество которых бесполезно для   технологического развития страны, то    ”Боливар не может везти двоих”,  и они   должны  перейти на  условия самоокупаемости и  использовать для своего финансирования возможности международных инвестирующих  фондов,  политических партий,  меценатов, спонсоров и т.д. Более подробно о  конкретных формах  кластерного подхода я уже писал раньше в этом блоге. Готов к обсуждению.

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Последние записи
Контакты
E-mail: blog@liga.net