Приговор по ст. 205 УК Украины по контрагенту – все сделки фиктивны?

Украинская Фемида никак не поставит точку в налоговых спорах о бестоварности операций, и даже новосозданный Верховный Суд, на который возлагались большие надежды, тоже не спешит этого делать.

Одной из наиболее частых проблем с которой сталкиваются субъекты хозяйствования при проведении налоговых проверок является отнесение ряда операций к бестоварным, т.е. фиктивным, без наступления реальных последствий. Налоговая служба доказывает бестоварность проведенных операций отнесением контрагентов к разряду неблагонадежных (налоговые ямы, площадки и т.д.) основываясь на актах проверок, актах о невозможности проведения проверки в виду отсутствия субъекта в месте регистрации, пояснениями директоров контрагентов об их непричастности к деятельности предприятия, и конечно же уголовными делами или даже уже вступившими в силу приговорами в отношении должностных лиц контрагента  о привлечении их к ответственности по ст. 205 УК Украины – фиктивное предпринимательство.

И если все остальные доводы налоговой службы по поводу реальности операций находятся под вопросом и требуют дополнительных доказательств, то при наличии приговора по ст. 205 УК Украины отбивать требования налоговой службы становиться все труднее.

С 2015 года Верховным Судом Украины была сложена практика (например, изложенная в Постановлении от 01.12.2015 г. по делу № 826/15034/14), которая сводилась к следующему:

«… статус фиктивного, нелегального предприятия несовместим с легальной предпринимательской деятельностью. Хозяйственные операции таких предприятий не могут быть легализированы даже при формальном подтверждении документами бухгалтерского учета».

Следовательно, действия налоговой инспекции по исключению из налогового кредита сумм, связанных по данным операциями, при условии наличия приговора в отношении директора контрагента по ст. 205 УК Украины являются правомерными.

Тем не менее, новый Верховный Суд Постановлениями от 27.02.2018 г. (дела № 802/1853/16-а и 813/1766/17) попытался отойти от данных позиций и изложил несколько иной взгляд в отношении приговоров по ст. 205 УК Украины как доказательств нереальности операций:

«…Коллегия судей отмечает что сам факт наличия приговоров, вынесенных на основании соглашений в уголовном производстве, не дает оснований для автоматического вывода о нереальности хозяйственных операций, вследствие чего существует необходимость проверять доказанность каждого налогового правонарушения и осуществить комплексное исследование всех составных частей хозяйственных операций, с учетом обстоятельств, установленных в приговорах, которые вступили в законную силу».

То есть, по мнению Верховного Суда само по себе наличие приговора в отношении контрагента еще не означает автоматического признания всех операций, которые осуществлены с контрагентом недействительными.

Но, такая позиция Верховного Суда отнюдь не принципиальна, и не применяется им в отношении иных схожих дел.

Так, с января 2018 г. ВС уже вынесено приличное количество решений, в которым Верховный Суд соглашается с раннее вынесенной позицией ВСУ в отношении наличия приговоров по ст. 205 УК как доказательств нереальности операций, и даже, более того, принимает к сведению не только сами приговоры, но и всего лишь информацию о наличии такого приговора на стадии кассационного производства.

Так, в Постановлении по делу № К/9901/1608/18 (2а-1870/5800/12) от 23.01.2018 г. Верховный суд указал следующее:

«… Такая невозможность (принятия к налоговому учету документов) обусловлена тем, что фиктивность создания общества с момента его государственной регистрации доказывает отсутствие законодательно предусмотренной цели создания субъекта хозяйствования, вследствие чего хозяйственные операции истца с его контрагентом не могут быть легализированы даже при наличии формального подтверждения документами бухгалтерского учета…

… Системный и буквальный анализ норм свидетельствует о том, что обвинение лица, которое подписывает первичные документы от имени предприятия контрагента, в совершении преступлений, связанных с фиктивностью предприятия, даже при условии применения к такому лицу амнистии – исключает допустимость таких документов установленным требованиям законодательства и делает невозможным их принятие к налоговому учету».

А в деле №826/2878/13-а 28.02.2018 г. ВС вынесено Постановление, в котором ВС пошел еще дальше.

 «Оценивая доказательства, предоставленные сторонами, суды должны иметь ввиду, что сам факт наличия у истца налоговых или расходных накладных, выписанных от имени поставщика, не является безусловным доказательством реальности хозяйственных операций с ним, если другие обстоятельства свидетельствуют о недостоверности информации в этих документах, а также то, что для налогового учета имеет значение именно факт поставки тем поставщиком, который указан в первичных документах, предоставленных плательщиком налогов на подтверждение задекларированных сумм налогового кредита.

Следовательно, суд кассационной инстанции принимает посылание представителя ответчика в судебном заседании в отношении наличия приговора суда в отношении должностных лиц контрагента истца».

В данном деле, ВС отменил решения судов нижестоящих инстанций, которыми иск к налоговой инспекции был удовлетворен, и отправил дело в суд первой инстанции на повторное рассмотрение фактически переоценивая доказательства (пояснения директора) и принимая новые доказательства на стадии кассационного производства, что противоречит процессуальным нормам.

Учитывая, что позиции Верховного Суда обязательны применению нижестоящими судами в схожих делах, возникает ряд вопросов:

• Могут ли противоречить друг другу позиции ВС;
• Должен ли был ВС в Постановлениях от 28.02.2018, вынесенных в пользу налогоплательщиков, обосновывать отступление от позиций ВСУ и от позиций ВС, содержащих противоположные мнения;
• Отменяет ли новая позиция ВС предыдущие позиции ВСУ и ВС.