Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) уже этой осенью могло бы показать первые результаты своей деятельности. Но есть риск, что не покажет, если уже в ближайшее время в стране не появится институт антикоррупционного прокурора. Процесс по его с
Национальное антикоррупционноебюро Украины (НАБУ) ужеэтой осенью могло бы показать первые результаты своей деятельности. Но естьриск, что не покажет, если уже в ближайшее время в стране не появится институтантикоррупционного прокурора. Процесс по его созданию замер. В чем причина?
Сегодня сентября руководствоАнтикоррупционного бюро в присутствии Главы представительства ЕС в Украине ЯнаТомбински объявило о начале тренингов для первых детективов, которые продлятсявесь сентябрь. Тренерами выступят зарубежные и отечественные эксперты.
Первые 70 детективов для расследованийотобраны. Прошедшие спецпроверку могут с 1 октября приступить к исполнениюсвоих обязанностей. Но, помимо многихтехнических проблем, не решается куда более важная и, пожалуй, главная –создание специальной антикоррупционной прокуратуры в составе Генеральнойпрокуратуры Украины.
На решениеэтой проблемы НАБУ не имеет влияния. В то же время безантикоррупционного прокурора Бюро по существу не имеет права ни начинатьпроцесс расследований, ни передавать материалы своих расследований в суд:согласно украинскому процессуальному законодательству эта функция возложена исключительнона прокурора.
Формально длясоздания антикоррупционной прокуратуры все готово. В частности, еще летом парламентвнес поправки в законодательство, которые не только открыли дорогусозданию такой спецпрокуратуры, а еще и, насколько это было возможно, сделалиее независимой.
Эта независимость подкрепляется несколькиминормами закона о прокуратуре. Спецпрокуратура физически размещается запределами Генеральной прокуратуры, как вариант – в помещениях НАБУ, чтобыисключить прямой контакт с Генпрокурором и его замами. Последние, в своюочередь, не имеют права отдавать приказы антикоррупционным прокурорам,вмешиваясь в антикоррупционные расследования. И, что самое важное, руководствоантикоррупционной прокуратуры назначается через открытый конкурс.
В свою очередь конкурсная комиссия формируетсятаким образом, чтобы представители Генеральной прокуратуры (читай – старойсистемы) не оказались в ней в большинстве. Из 11 членов комиссии 4представителя – от Генпрокуратуры, а 7 – назначаются Верховной Радой.
Член правления Центра противодействиякоррупции Александра Устинова, объясняяважность спецпрокуратуры, в одном из своих интервью отметила, что ГПУ на сегодня является одним изсамых коррумпированных органов в Украине, это ведомство покрывает коррупцию, ане борется с ней. Реформы и чистка там только начинаются.
«СогласноКонституции, в Украине не может быть прокуратуры высшей инстанции, чем ГПУ.Соответственно, когда разрабатывался закон о создании Национальногоантикоррупционного бюро, мы понимали, что необходимо создать специальный органдля НАБУ, так как ГПУ на сегодня является одним из самых коррумпированныхорганов в Украине, ведомство покрывает коррупцию, а не борется с ней. Ипередать дела НАБУ в ГПУ (а не в специальную антикоррупционную прокуратуру –ред.), которая за полтора года после «Майдана» не смогла представить ни одногодела в суд, будет означать похоронить и Бюро, и все дела, которые оно будетвести», – считает Устинова.
Глава Совета общественного контроля НАБУВиталий Шабунин отметил, что если бы процессуальные руководителиАнтикоррупционного бюро были бы из Генпрокуратуры, то в существовании Бюро небыло бы никакого смысла. Также считает и народный депутат Егор Соболев. Собственно,по этой причине возникла и сама идея создания отдельной Антикоррупционнойпрокуратуры.
По словам Шабунина, изначально планировалось,что пятерых членов конкурсной комиссии будет избирать парламент и пятерых – личногенпрокурор. На практике это означало бы, что комиссия подпадает под полныйконтроль президента, поскольку в квоту парламента наверняка попали бы членыпропрезидентского большинства, и в совокупности с подконтрольной ему жеГенпрокуратурой итоги конкурса были бы обоснованно сомнительными. Но этотпроект был отвергнут без сопротивления со стороны президента, и теперь Рададолжна предоставить семерых представителей в комиссию. Правда, у генпрокурораостается право уволить антикоррупционного прокурора, но, как сказал Шабунин, «сэтим мы будем бороться».
Глава НАБУ Артем Сытник считает, что Бюромогло бы полноценно заработать с 1 октября, но оно не может ускорить процесссоздания спецпрокуратуры – это вне его компетенции и возможностей. Первыйзаместитель главы НАБУ Гизо Углава также уверен в готовности Бюро приступить креализации своей миссии, лишь бы не помешала задержка со спецпрокуратурой.
К сожалению, законодательство не дает четкогоответа на вопрос, когда именно спецпрокуратура должна быть создана и когдаименно нужно назначить конкурсную комиссию. Эта неопределенность давалагенпрокурору Виктору Шокину маневр для затягивания времени, чем он ипользовался, поскольку его права в отборе руководства спецпрокуратурысущественно ограничивались. И его прямо и не безосновательно обвиняли всаботаже. Лишь в конце августа под общественным давлением в Генпрокуратурезаявили о том, что их четверка уже определена.
И теперь уже Верховная Рада тянет с решением освоих семи представителя. При этом ей, как коллективному органу, сложнопредъявить претензии, адресовав их кому-то персонально. Можем лишьпредположить, что большая часть депутатов попросту не заинтересована в созданииспецпрокуратуры и скорейшем старте работы Антикоррупционного бюро (илизаинтересована в их несоздании), ведь эти два ведомства, не исключено, однаждызатронут и их личные интересы.
Что же случится, если парламент в ближайшеевремя так и не делегирует своих представителей в конкурсную комиссию поизбранию антикоррупционного прокурора? На этот счет закон «О прокуратуре»говорит следующее: если в течении трех месяцев с момента определенияГенпрокуратурой своих представителей парламент не делегирует своих, токонкурсная комиссия начнет работать в составе четырех представителей отГенпрокуратуры. И здесь снова кроется опасность – генпрокурор в таком случае будетчуть ли не единолично выбирать руководство антикоррупционной прокуратуры, плюспроцесс затянется еще на три месяца. Таким образом, мы не можем исключатьверсию о том, что парламент и Генпрокуратура действуют в данном случае сообща,поочередно тормозя весь процесс.
Сейчас все чаще говорят о том, чтоантикоррупционный прокурор появится лишь к концу текущего года, чтоавтоматически оттягивает время официального старта деятельностиАнтикоррупционного бюро. Этот факт, в свою очередь, крайне негативно скажется наимидже страны в глазах западных партнеров, в частности, США, Великой Британии(которые активно помогают в создании НАБУ), МВФ (который поставил условиемкредитования Украины борьбу с коррупцией). Кроме того, НАБУ является одним изэлементов соглашения о безвизовом режиме с ЕС. 2 сентября Представительство ЕСв Украине распространило заявление временного поверенного ЕС в Украине ТомасаФреллесена, в котором говорится, что процесс создания конкурсной комиссиидолжен быть прозрачным. Иными словами, в ЕС тоже увидели, что этим процессомпытаются манипулировать и затягивают его, и это будет иметь серьезныепоследствия в процессе либерализации визового режима.
С другой стороны, сама общественность не оставитэто без внимания, она требует активных действий, конкретных результатовантикоррупционной борьбы.
Организовав для журналистов экскурсию по офису НАБУ, Сытниксказал: «Мы уже выделили кабинет для антикоррупционного прокурора». Появится лион в ближайшее время на своем рабочем месте теперь зависит от парламента.Видимых и открытых причин не запустить процесс борьбы с коррупцией у народныхдепутатов нет. Но есть свои интересы, а они могут помешать.
