Сейчас буквально все отмечают возвращение к докризисным объемам потребительского кредитования. Но часто, пусть и вполголоса, банкиры говорят о том, что слишком быстро вернулась практика выдачи кредитов на полную стоимость покупки или под нулевой процент (е
Сейчас буквально все отмечают возвращение к докризисным объемам потребительского кредитования. Но часто, пусть и вполголоса, банкиры говорят о том, что слишком быстро вернулась практика выдачи кредитов на полную стоимость покупки или под нулевой процент (если речь идет о кредитовании на покупку в техномаркетах). У этого роста может быть и обратная сторона.
У каждого высокопоставленного банкира есть не один, а целых два дамокловых меча. Первый – страх за выдаваемые заемщику деньги. Второй – страх по поводу нехватки доходов на содержание бизнеса. Если первый заставляет с опаской относиться даже к выдаче кредита наличными на десять-двадцать тысяч гривен, то второй толкает к выдаче ипотечных кредитов на 80-90% стоимости квартиры. И это при том, что риэлторы вполне вероятным считают снижение стоимости жилья еще на 10-15%. Часто банки «идут» в те виды кредитования, которые до недавнего времени для них были terra incognita, в которых совершенно другие правила игры и совершенно другие риски.
Иными словами, банкиры видят проблему, но идут к ней навстречу, подталкиваемые счетами за аренду банковских офисов и их охрану, ведомостями на оплату персонала и т.п. И, конечно, требованиями со стороны акционеров поскорее компенсировать потерянное во время кризиса.
Из этой заводи, похоже, и выплывет новый «черный лебедь». Что я имею в виду? Возможности увеличения ставок по длинным залоговым кредитам исчерпаны, тут, скорее снижение требуется – в том числе и ради повышения надежности таких кредитов. Зарабатывать на коротких беззалоговых кредитах непросто, потому что требуются широчайшие (и недешевые в содержании) сети продаж таких продуктов, а главное, ювелирная точность скоринга и процесса по выдаче кредита, ведь малейшая погрешность приводит к «сгоранию» большей части портфеля. Вот и выходит, что остро требуются новые финансовые технологии – иначе не снизить себестоимость кредитного продукта и не повысить его надежность. И «черный лебедь» в таком случае – это технологическая отсталость, которая камнями может потянуть бизнес на дно. На этих камнях написаны слова: «высокие накладные расходы», «ошибки/отсутствие скоринга», «желание руководителей быстро показать хорошие финансовые показатели».
Самый высокий и опасный риск – это тот, о котором мы не подозреваем. Накануне ипотечного кризиса в США вышло седьмое издание одной очень грамотной книги о работе с облигациями. К моменту этого самого седьмого переиздания ею зачитывались несколько поколений финансистов на протяжении чуть ли не 20 лет. На русский язык ее перевели в 2008 году, когда ипотечный кризис вовсю бушевал в США и Европе. Авторы во главе с гуру фондового рынка Френком Фабоцци писали, что у ипотечных облигаций есть два главных риска – дефолт заемщика, а также – досрочное погашение кредитов, которые «упаковывались» в ипотечные облигации. И там же, говорилось, что развитие рынка недвижимости требует новых подходов к оценке кредитов, портфельных рисков и т.д. В итоге оказалось, что из основных трендов (риск дефолта, риск досрочного погашения, выдача «нестандартных» кредитов) реализовался один – массовый дефолт заемщиков.
Для ипотечного рынка «черным лебедем» оказались непомерные аппетиты всех его участников – причем, не столько самих банкиров, сколько риэлторов и кредитных агентов, которые были готовы поставлять клиентов-заемщиков со скоростью пончикового автомата, а потом переупаковывать займы (секьюритизировать активы) во все новые ценные бумаги.
И теперь еще об одном возможном «черном лебеде», но уже отечественного кредитного рынка – это темпы роста располагаемых доходов у основной части населения.
Не секрет же, что кредиты зачастую берутся под будущий рост личных доходов. Собственно, кредиты в США выдавались именно из таких соображений – дескать, остепенившиеся бедняки станут больше работать и зарабатывать, следовательно, у них появятся деньги на обслуживание кредитов, которые сейчас кажутся по отношению к ним чрезмерно рискованными.
Что с доходами в Украине? Они растут. Но пока слишком медленно – зарплаты отстают от темпов экономического роста (который, к слову, разгоняется еще и ускоряющейся инфляцией). В свою очередь, инфляция пожирает ту часть личного дохода заемщика, которую тот мог бы направлять на своевременную или даже досрочную выплату кредита. Что имеем на выходе? Разочарование в ожидании роста личных доходов и сужение реально располагаемого дохода – той части заработков, которые остаются после оплаты жизненно необходимых затрат (еда, транспорт, налоги, коммунальные платежи).
Между тем мы наблюдаем искусственную кредитную экспансию – к искусственной части стоит отнести, прежде всего, кредиты с минимальным или нулевым собственным взносом, кредиты, выдаваемые без реальной оценки платежеспособности (да-да, таких навалом), а также кредиты, выдаваемые под ставку, существенно более низкую, чем рыночно обусловленный уровень.
Каждый из этих источников способен породить целую стаю «черных лебедей». Первый – приток заведомо неплатежеспособных, даже заведомо невозвращающих заемщиков. Второй – поощрение мошенничества и недобросовестности заемщиков. Третий – проедание банковского капитала. И как результат – новый виток кризиса.
