19 ноября вступило в силу решение одного из районных судов Днепра по крайне интересному спору.
19 ноября вступило в силу решение одного из районных судов Днепра по крайне интересному спору. Известный в регионе предприниматель Вадим Ермолаев обратился с иском к “интернет-журналисту” Острейко (фамилия изменена) с требованием опровергнуть напечатанную на новостном сайте клевету о якобы участии предпринимателя в преступной деятельности. Суд иск удовлетворил, но интересно не это. Интересно то, что в ходе судебного процесса Острейко признался, что ему ничего неизвестно о возможной причастности предпринимателя к нарушениям закона, а “преступления” он придумал сам, потому что... за размещение этой публикации ему заплатили деньги. Он рассказал об этом не стесняясь, и не опасаясь ответственности.
29 ноября Нацполиция задержала “политтехнологов” Владимира Петрова и Александра Барабошка за распространение клеветы о незаконных домогательствах заместителя начальника отдела департамента защиты экономики Олександра Варченка к киевской студентке (жена господина Варченко является заместителем руководителя вновь сознанного Государственного бюро расследований). Разумеется у задержанных был мотив для распространения клеветы, и вряд ли в нем нет корыстной составляющей.
В чем разница между первой и второй историями? В том, что органы Нацполиции сочли клевету преступлением только там, где дело касалось руководителей нацполиции и ГБР.
Для кого-нибудь из читателей новость, что распространение клеветы на состоятельных людей и влиятельных госслужащих превратилось в бизнес? Что на любого предпринимателя из украинского списка “Форбс” в интернете можно найти миллион статей, про его причастность к отмыванию денег, коррупции, финансировании терроризма и торговле кровью христианских младенцев? Что на оффшорные компании и подставных лиц регистрируются специальные “новостные” интернет-сайты, которые публикуют эту грязь, а потом искусственно “продвигают” такие публикации в результатах поиска с помощью SEO-программистов? Что затем они приходят к жертве, и требуют деньги за удаление клеветнических публикаций (если конечно, размещение грязи заранее не оплачено конкурентом или коррумпированным чиновником)?
И увы, игнорировать такие публикации – крайне непростая задача, а для публичных людей почти не выполнимая. Банки их читают – и отказывают в кредитах. Иностранные партнеры отказывают в продлении или подписании контрактов. Тендерные комиссии государственных и публичных компаний не рассматривают заявки. И так далее, далее, далее.
И что делать жертвам такой клеветы, если ты не чиновник Нацполиции или ДБР высокого ранга?
Вот поэтому Украине нужна суровая уголовная и гражданская ответственность за клевету, а также более строгое законодательство об идентификации владельцев доменных имен и интернет-сайтов. Ответственность за клевету не имеет ничего общего с ограничением свободы слова. Клеветники – не журналисты. Профессиональный репортер никогда не позволит себе публиковать непроверенную и неподтвержденную информацию, не дав возможности ее прокомментировать всем сторонам событий.
20 ноября народные депутаты Украины Николай Паламарчук, Артур Палатный и Олег Великин зарегистрировали законопроект о восстановлении уголовной ответственности за клевету, а уже 22 ноября пресс-секретарь Президента Украины Святослав Цеголко сообщил, что “фракция БПП не будет голосовать за этот законопроект. Президент такую позицию не поддерживает”. Что не мешало тому же Президенту в сентябре подать иск против британского телеканала BBC за клевету по британскому праву, которое такую ответственность как раз предусматривает.
Дорогой Петр Алексеевич! Дело не в вас, Ермолаеве или Варченко. Дело в том, что страна, в которой беспочвенное обливание грязью в интернете (не путать с серьезными журналистскими расследованиями) и СМИ остается безнаказанной, не может претендовать на то, чтобы быть частью Европы и развитых стран мира. Где такая ответственность была, есть и будет. И где принято отвечать за свои слова.
