В этой колонке мы поговорим о двух вещах — важной и не очень важной. Собственно, не очень важная вещь здесь будет поводом сказать о важной. И этой не очень важной вещью является паника по поводу курса гривны, а точнее, закономерный вопрос — это уже начало
В этой колонкемы поговоримо двух вещах — важной и не очень важной.Собственно, не очень важная вещь здесьбудет поводом сказать о важной. И этойне очень важной вещью является паникапо поводу курса гривны, а точнее,закономерный вопрос — это уже началогиперинфляции или еще нет? Вопрос этотзаинтересовал автора этих строкнастолько, что он впервые в жизнипосмотрел шоу Шустера, где как раз нашцентральный банкир объясняла политикупартии.
Из услышанногоможно сделать вывод, что Тимошенко, сосвоими 311 миллиардами эмиссии, видимо,как обычно перегнула палку. Но Нацбанкденюшку в экономику заводит, как минимум,через «оздоровительные» мероприятиядля банковской системы. Кроме того,Гонтарева признала эмиссию 96 миллиардовгривен «за Нафтогаз». И хотя она уверяла,что эти деньги не могут попасть на рынок,не стоит ей верить. Деньги, производимыецентральными банками не существуют ввиде монет, слитков и даже бумажногокэша. Выражение «печатать деньги» - этопросто метафора. На самом деле, бумажныеденьги в нашем мире, как сообщают намзнатоки, составляют лишь 8% денежноймассы, все остальные деньги — простозаписи в банковских книгах. В условиях,когда банковская деятельность, то есть,содержание этих самых записей, регулируетсязаконами, постановлениями, распоряжениями,письмами, записками и такими желтенькимистикерами на холодильнике, я почти несомневаюсь в том, что эти деньги ужеоказались на рынке.
В совокупностиполучается довольно внушительная сумма,достаточная для того, чтобы не толькопоколебать курс, но и устроить инфляциюна грани гиперинфляции. На вопрос вкакой момент инфляция перерастет вгиперинфляцию, то есть, в какой моментлюди начнут массово отказываться отинфлирующей валюты нельзя ответитьточно. В любом случае, это случится, еслигосударство будет постоянно накачивать экономикупустыми деньгами, но тут играют роль идругие факторы, например, разнообразнаярегуляция, которая сопровождает этотпроцесс. С объемами и регуляцией у насвсе в порядке у последней ожидаетсятолько пополнение, так что мы можемстартовать гиперинфляцию с цифрофициальной инфляции, которые считаютсяеще «допустимыми».
По поводугиперинфляции у меня две хороших новости.Первая — гиперинфляция означает конецвалюты, с которой она приключилась.Вторая — гиперинфляция означает конецправительства, которое ее начало. Всеостальное молодежь может узнать устарших товарищей, ну, а старшие товарищидолжны на всякий случай достать из кладовок и смазатьсвои кравчучки.
Это была неважнаявещь. Теперь будет важная.
Давайтевспомним, чем занимается центральныйбанк. Он занимается денежной единицей.Давайте вспомним, что цены и денежныйрасчет, в которых и фигурирует эта самаяденежная единица — это основа механизма,управляющего рынком. Самое важное здесьто, что сами деньги не есть нечто,существующее вне этой системы, напротив,они является ее частью, и их «стоимость»,то есть, меновое соотношение с другимитоварами, порождается теми же экономическимизакономерностями.
Фиатнаявалюта и центробанк есть как раз попыткапредставить денежную единицу, какинструмент, то есть, как нейтральную вотношении прочей экономики вещь. Уцентрального банкира есть специальнаятеория — макроэкономика, котораяобъясняет, когда он должен вступать вигру и как он должен себя вести. Есликто-то думает, что теория эта существуетнезависимо от деятельности центробанка,то он он ошибается. История происхожденияцентробанка — это история государственногорегулирования и, прежде всего, попытокпримирить металлические деньги счастичным резервированием. То есть,сначала было регулирование, а потом (с разрывом почти в сто лет) появилась оправдывающая и обслуживающаяего теория.
Особенностью макроэкономикиявляется ее метод, это фактически физика,а точнее, термодинамика, перенесеннаяна социальную почву. Она оперируетизменением неких агрегатов, которыерассчитываются для произвольных условий(например, для «экономики» в рамкахгосударственных границ). Мало того,регулирование производится исходя изцели достижения равновесия, что конечноже, является абсурдной и недостижимойзадачей.
Читатель, который интересуетсявопросом, но не хочет читать толстыхталмудов, может ознакомится с введениемв проблему здесь.В любом случае, в этой науке нет месталюдям, то есть, единственным реальнодействующим в экономике субъектам.Очень показательна фраза, вырвавшаясяу Гонтаревой на шоу Шустера: «население— это очень опасно, для валютной системылюбой страны». В этой фразе — все, чтовам нужно знать о денежной системе сцентральным банком.
Хорошо, когдацентральный банкир, подобно Гринспену,удовлетворяется просмотром 50 графиковв ходе рабочего дня, а потом просто идетдомой с чувством выполненного долга.Плохо, когда он начинает действовать.
Любое действие центробанка естьудар по денежной единице, а значит иудар по самым базовым экономическимпроцессам, в которых она используется.При должной сноровке центрального банкаденьги из инструмента координации иуправления становятся инструментомдезинтеграции и хаоса.
Этим сейчас изанимается НБУ. Гонтарева рассказывалау Шустера о том, что Нацбанк намерен«помочь рынку найти равновесный курс».А нужно это потому, что этого требуетторговый баланс. То есть, отчетность,порожденная фикцией (представлением отом, что государство — это субъект,который покупает и продает), требуетдругой фикции - «равновесного курса»,то есть никому в реальной экономике ненужной усредненной цены одной валютыв единицах другой. И все это было быпросто игрой воспаленной фантазии, еслибы не приводило к конкретному вмешательствув экономику. «Если мы сейчас не найдемравновесный курс нам придется приниматьдополнительные административные меры»- говорит Гонтарева и я ей охотно верю.
Теперь, вкратцеознакомившись с тем, что делает центробанк,давайте посмотрим на наши перспективы.Владимир Владимирович Путин будетатаковать нас, пока не помрет. Это будетпостоянно создавать «вызовы», сутькоторых будет оцениваться неадекватно,ввиду неадекватного переноса методологииестественных наук на социальные процессыи что самое плохое — будут приниматьсярешения по исправлению положения,которые будут наносить огромный ущерб«экономике в целом», поскольку будутбить по самым ее основам.
Чем большенеприятностей будет с нами происходить,тем больше будет потребность в том,чтобы ничто не препятствовало свободномуобмену, а деньги были частью экономическогопроцесса, а не порождением фантазий банковскихклерков. Но юные помощники законатяготения и искатели равновесных курсовне успокоятся, пока не оставят отэкономики камня на камне. И причиназдесь не в личности центрального банкира,(у меня нет претензий к Гонтаревой, онаделает свою работу, просто ее работаприносит огромный вред мне и другимукраинцам) — причина в самом институтецентрального банка.
Вопрос «честныхденег» - это вопрос нашего выживания инашего послевоенного восстановления.Институт центрального банка прямопрепятствует и первому и второму. Поэтомуликвидация Нацбанка должна статьактуальной политической задачей и чембыстрее мы откажемся от центрального банка, тем меньше будутпотери и тем быстрее будет восстановление.
Пока существуетгосударство и миф о «национальнойвалюте», вполне приемлемым вариантомможет стать «валютный совет» (currencyboard), когда объем «национальнойвалюты» на 100% покрывается резервами виностранной валюте. То есть любимаявсеми фикция национальной валюты есть,а шаловливых ручек, которые вырастаютиз «макроэкономических показателей»и их «регулирования» — нет. В такойситуации Владимир Владимирович сколькоугодно может бросать свои «вызовы», аденюшки будут твердыми и реакцияэкономики — адекватной и здоровой.Института, многократно усиливающегопоследствия «вызовов» и создающегоновые проблемы своими «ответами» наних не будет.
В мире накоплензначительный опыт работы таких советов,в том числе и негативный, который, вчастности, говорит о том, что если выпереходите в режим «валютного совета»,центральный банк должен быть уничтожени сравнен с землей, иначе будет как вАргентине. Но это уже детали. Важно, чтодаже в рамках существующей политическойпарадигмы известны денежные системы,позволяющие обойтись без центральныхбанков и того колоссального ущерба,который они приносят своим экономикам,стремясь помочь объективным законамприроды.
