Чем грозит Украине правый радикализм

Ни для кого давно не секрет, что сегодняшний Майдан прочно ассоциируется с правым радикализмом.

Ни для кого давно не секрет, что сегодняшний Майдан прочно ассоциируется справым радикализмом. Гражданский протест отошел на второй план, основупротестующих сегодня составляют военизированные формирования. Конечно, далеконе всех из них можно назвать «правыми радикалами», но основные силы там именнотаковы. Почему дело повернулось именно таким образом и каковы могут бытьпоследствия такого хода событий?

Правый радикализм в независимой Украине всегда был на подхвате у большойполитики. Решение неприятных вопросов, в которых не хотели участвовать«реестровые» политики, поручалось радикалам. Началось это взаимовыгодноесотрудничество еще во времена Народного Руха в конце 80-х. Конечно, руховцы неприказывали радикалам «иди туда, делай то», на словах они отмежевывались отрадикализма, что не мешало им часто иметь общие источники финансирования и дажеиметь штабы в одном помещении. Не важно, что рядовые члены, а часто и лидерывраждовали между собой, на деле всегда получалось так, что радикалы делали тевещи, о которые не радикалы не хотели мараться.

С другой стороны, многие знают, что еще со времен СССР радикальныегруппировки состояли фактически исключительно из агентов спецслужб. Послеполучения независимости туда добавились и спецслужбы других стран. Власть всамом широком смысле тоже заинтересована в существовании радикализма и всяческипытается его поддерживать и управлять им.

Таким образом, в случае радикализма мы всегда будем иметь дело с игрой, вкоторую играют три стороны — власть, оппозиция и радикалы. Власть и оппозициянадеются использовать радикалов в своих целях, радикалы хотят сыграть своюигру, используя, в свою очередь, власть и оппозицию.

Как это все происходит сегодня?

Игра власти

Игра с правыми радикалами началась с кампании «Украина без Кучмы» сизвестными всем провокациями УНА-УНСО. Затем, когда на политической аренепоявился Ющенко, его начали представлять как украинского националиста и«бандеровца», поскольку значительной частью его блока, а затем и партии «НашаУкраина» были деятели околоруховских партий. Вспомним известный маршопереточных нацистов уже в ходе избирательной кампании 2004 года. Нацисты, окоторых никто до того не слышал, высказали свою горячую поддержку Виктору Андреевичу.

После победы Януковича начался быстрый рост партии «Свобода», котораяполучила полный доступ к СМИ и, особенно, к телевидению. С помощью «Свободы» ПРмобилизовала свой электорат: «голосуйте за нас, иначе эти придут!».  И,как видим, «Свобода» со своей стороны старается всячески поддерживать этотмесседж, устраивая факельные шествия и экстремистские действия.

Игра оппозиции

Для оппозиции радикалы нужны, прежде всего, как провокаторы, поддерживающиенужное состояние и направление политической дискуссии в стране. И оппозиции, ивласти выгодно, чтобы она продолжалась вокруг мифов и легенд, и проходила полинии «красно-черный флаг против георгиевской ленточки». Радикалы такжеиспользуются как охранные конторы (охрана митингов и других мероприятий). Однакосегодня главная, пожалуй, функция радикалов, которая полезна не толькооппозиции, но и власти - «зачистка» политического поля. Ни власть, ни оппозицияне хотят допустить появления новых лидеров и новых политических проектов,которые бы могли не просто составить конкуренцию симбиозу власти и оппозиции,но и поменять повестку дня. Мы видим, как «Свобода» активно исполняет эту роль,причем не только на Майдане в Киеве, но и в регионах.

Игра радикалов

Многие искренне удивляются — почему бы «Правому сектору» или «Свободе» непоменять лозунги? Они бы тогда смогли получить бОльшую поддержку. Эти люди непонимают, что радикал должен быть злобным и тупым, иначе он не будетпродаваться. Радикалы должны создавать проблемы, которые затем «урегулируют»политики – такова их роль в политической пищевой цепочке. Радикализм — этобизнес. И УНА-УНСО и «Братство» в свое время работали зачинщиками беспорядковпо вызову, включая участие в вооруженных конфликтах вне Украины. Радикализм —это бизнес на романтике и глупости. При этом не обязательно лидеры радикаловдолжны быть прожженными циниками. Они могут верить, что, исполняя свою роль вполитическом спектакле, они преследуют свои собственные цели. Пример Азефа тутболее чем показателен.

Последствия игр с радикализмом обычно бывают весьма печальными. Во-первых,радикалы вытесняют гражданский протест. Это объективный процесс и он уже,похоже, произошел на Майдане. Это означает, что конфликт и его последствиявыносятся за пределы влияния простых людей, которые, собственно, его и начали.У радикалов свои интересы и свои цели, отличные от целей обычных людей. Люди неполучат тех решений, которые они ожидали.

Во-вторых, с некоторого момента радикальные группы начинают расти, как грибыи выходят из-под контроля тех, кто полагает, что управляет ими. «Свобода»,которая поддерживалась властью, в том числе и в надежде, что она сможетконтролировать радикальную субкультуру, уже давно не справляется с этойзадачей. Это вполне закономерно, так как лидер на поле радикализма неизбежнопревращается со временем в соглашателя и предателя в глазах болельщиков,которых он во многом сам же и породил. Мы практически каждый день узнаемназвания все новых радикальных групп (одна «Нарния» чего стоит), которые теперь«не имеют дела» не только со «Свободой», но и с «Правым сектором». И все этиновые группы — не важно, кем и с какими целями созданные — заинтересованы втом, чтобы побыстрее занять выгодное место на рынке, а значит заинтересованы вэскалации конфликта.

В-третьих. Радикализм нужен властям для оправдания собственной позиции. Ноесли эта позиция тупа и не изменяется под напором обстоятельств, то для ееоправдания требуется все больший радикализм.

В-четвертых, в эскалации конфликта объективно заинтересованы и те, ктосчитает себя кукловодами в этом спектакле. Радикализм работает как политическаятехнология, когда им можно испугать, то есть, когда само общество нерадикализировано. Но чем больше вы используете радикалов, и чем большимрадикалом в противодействие нацистам являетесь сами, тем больше радикализуетсяобщество. То есть, начинается процесс гонки насилия. Еще совсем недавно всеумилялись мирному протесту и тому факту, что никто в Киеве не бьет витрин и неподжигает автомобилей. Теперь уже убийства и пытки не вызывают шока. Для того,чтобы система работала, насилие должно нарастать, за битьем витрин должныследовать нападения на людей, затем напрашивается само – погромы и массоваярезня.

Понятно, что люди, использующие радикалов, думают, что они могут имиуправлять. Однако обычно момент, когда следует остановиться, благополучнопропускается, и дальше события развиваются непредсказуемо. И последствия могутбыть самыми печальными — до гражданской войны и раздела страны. Оппозиции давноследует подумать о том, что она не получает той поддержки, которую она могла быполучить на Западе именно из-за наличия ультраправых групп.