| |
Что
вы чувствуете, когда слышите слово юрист, судья или адвокат? Какие чувства возникают у Вас, когда, находясь в тишине, Вы вдумаетесь, прочувствуете, увидитете или услышите это слово?
Впервые
я задал себе эти вопрос после одного курьезного случая в начале 2000 года.
Ничего особенного, дело было у меня в офисе. Я проводил очередной модуль по
профессиональным коммуникациям для юристов. И был затронут этот разговор. После недолгих дебатов, один молодой человек,
лет 25-ти, встал и сказал примерно следующее.
«Большинство
из нас, вероятно, слышало, что такое Крысятничество. Так вот, все мы и занимается именно этим – крысятничеством».
Сразу
возник жуткий спор. Сам я железно стоял на позиции, что это не так. Не то, что
бы этого нет вовсе. А то, что, мол, не все юристы - такие. Спор шел бы долго, если бы он не был прерван.
Это был специальный модуль, имевший совершенно другую цель – профессиональные
коммуникации и специальные приемы создания понимания с нетрадиционными
оппонентами. И поэтому мы вынужденно ушли от темы.
Так
мне казалось. Никуда мы, во всяком случае, я - не ушли от этой темы. Она, как
бы, висела над нашими головами до самого окончания модуля. К концу дня, я вдруг
всё понял. И то, что я понял, меня ужаснуло.
Я
понял, что давал им уникальные методы убеждения при невероятно низком уровне их
этики. Это все равно, что учить туземца управлять ракетной установкой с ядерной
боеголовкой. Крысятничество – это не
частный случай наваривания на разнице при передаче взятки, как я ошибочно себе
представлял. Крысятничество – это,
пожалуй, сама суть бытийности современного юриста. Он просто не понимает главного
- своей истинной роли, и не знает своего истинного пути, на который он сам же и
встал.
И
что же это за путь, можете вы спросить?
Я не знаю точно, как он называется. Но я знаю главное. Современный юрист, будь
то судья конституционного суда, адвокат или юрисконсульт, сегодня забыл
главное. Он забыл, что его роль – это защита
ПРАВА в широком смысле этого слова, а не просто защита прав и интересов
клиента. Мороз по коже берет только от одного представления о том, какие на
самом деле интересы у человека, и что он лично, считает своим правом, которое,
по его мнению, должно быть защищено. Юрист должен защищать ПРАВО, то есть,
этику или разумность нашей с вами общей жизни,
а не букву закона или предписание инструкции, частного случая.
Даже
защита насильника, подразумевает, на самом деле, не защиту
его прав, а защиту самого ПРАВА, в ауре которого этот насильник не останется
бесправным как элемент этой структуры Права. И здесь дело даже не в том, что
отстаивая права и интересы клиента, будь то государство, клан, партия,
гражданин или просто частный бизнес, юрист попадает в жернова гигантской
причинно-следственной игрушки своей судьбы под названием карма. Это сложный
аспект и его здесь не обсудить. Дело - в другом. В том, что юридическая практика в направлении защиты ПРАВА,
а не закона - это уровень уже другой,
совершенно иной, более интересной "игры", для которой нужны другие совершенно
новые способности, к которым без
понимания основ этики и законов жизни, доступ просто закрыт, даже если вы
находитесь в научной библиотеке самого господа Бога.
К чему
это все я? А вот к чему. С начала этого месяца в Одессе во всех кинотеатрах,
все фильмы начали показывать только на украинском языке. Администрация ничего
не может поделать, потому что это решение Высокого суда. Я тогда подумал: суд,
который принимает решение на основе закона, а не ПРАВА – это вряд ли Высокий суд.
Так, суд себе и суд. Мало ли кто у нас имеет права судить, даже, если именуется
специальным словом. Мой язык (в простом
и переносном смысле этого слова) - это
мое ПРАВО с большой буквы этого слова. Получать удовольствие слушать Брюса
Виллиса только на одном языке, ограничивая мое право слушать на том языке,
на котором я хочу – это не ПРАВО. Мой язык – это тот язык, на котором я думаю и
который я могу выбрать, а не получить по распределению или по велению закона. И
именно это - может называется ПРАВОМ. Все
остальное – это крысятничество. Даже если оно основано на законе.
теги:
право, закон, язык, кино
|
|