В составлении и подписании завещания самое трудное – психологически принять тот факт, что ты думаешь о своей смерти. Я сам это испытал однажды. Покуда мы в семье просто говорили, что, мол, надо бы написать завещание, это воспринималось как что-то несерьезное, как шутка. А когда уже подписываешь этот документ, то возникает чувство, будто сам себе выносишь приговор.

Такие же ощущения человек испытывает, когда страхует свою жизнь. Психологически намного легче застраховаться по накопительной программе лайфового страхования, чем подписать договор «чистого» страхования жизни. Тогда как, с моей точки зрения, именно рисковая часть страхования жизни и является самой перспективной.

Небольшое отступление. Условно, все программы лайфового страхования бывают либо накопительными, когда в конце срока человек получает выплату и платит взносы весь срок (как в пенсионном фонде), но при этом в случае смерти наследники получат всю сумму выплаты, либо без накопления, когда страхуется только риск смерти. Отличия между последним и страхованием от несчастного случая состоят в том, что полис лайфового страхования покрывает, практически, любые риски, которые приводят к смерти или инвалидности, а не только последствия несчастного случая. При несчастном случае выплата по лайфовому полису (у нас, во всяком случае) составляет 200% суммы, а при несчастном случае на транспорте – 300%.

Я убежден, что сегодня в обществе сложились условия для стремительного развития лайфового страхования именно в рисковой его составляющей, а потенциал накопительного страхования жизни исчерпан и поддерживается искусственно, за счет уже заключенных договоров и усилиями работающих на этом рынке MLM-структур. В этом вопросе я нахожу немало оппонентов, причем, не только на рынке – внутри моей компании есть люди, не разделяющие мою точку зрения. Как говорится, мнения разделились. Что ж, окончательным судьей выступит время и рынок, который все расставит по своим местам.

Но почему страхование риска смерти не стало популярным в стране до сих пор? Наверное, потому, что у нас в обществе до сих пор еще не осознается вся тяжесть потери кормильца. Мы жили в условиях, когда обо всем заботилось социалистическое государство (и до сих пор, кстати, пытаемся переложить часть своих проблем на государственные плечи). Потерял кормильца – мы тебе выплатим, а дальше – иди, работай, потому что у нас было общество равных возможностей. Были созданы такие условия, при которых этот вид страхования не развивался. Но что происходит в капиталистическом обществе?

Капиталистическому государству, конечно, жалко своего гражданина – но не более того. Хорошо, если выразят свои соболезнования. Включится механизм защиты детей-полусирот, будут предоставлены какие-то льготы, но все эти меры, по большому счету, лишь сохранят семью на грани выживания, да и то – в лучшем случае. Если, предположим, глава семьи каждый месяц приносил в семью 3 000 долларов, а тут его вдруг не стало – семья остается без этих денег. Сегодня в обществе уровень благополучия и обеспеченности стремительно растет, и уже массово появляются семьи, где жена либо нигде и никогда не работала, либо работает «для души», а муж – настоящий кормилец и добытчик. И утратить его для семьи – это катастрофа.

Все мы под Богом ходим. Как там, у Булгакова, Воланд, по-моему, говорил: «Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен…». Я просматривал статистику. На каждые 100 тыс населения в Украине где-то в районе 2-3 промиле (если мне не изменяет память) идет смертность по неизвестным причинам, внезапная. Примерно на таком же уровне смертность от несчастного случая. Это со стороны кажется, что люди умирают в преклонном возрасте, на самом деле цифры говорят, что риск умереть в расцвете сил достаточно высок.

Я уже где-то рассказывал о человеке из Америки, у которого отец умер, когда ему было 7 лет. И вся семья жила на деньги, которые выплачивала страховая компания. А отец платил за полис 25 центов в неделю. Сегодня, если посчитать, в Украине платеж по подобному полису будет тоже небольшой, а семья при этом будет надежно защищена и спокойна.

Поэтому я считаю, что у страхования жизни именно в таком понимании грандиозное будущее.

Что же касается накопительного страхования, то, мне кажется, долго в таком виде, как сейчас, оно не просуществует. Если мы будем развивать его дальше – нам прямая дорога в Юнит Линк. Но об этом – уже в следующий раз.